Через некоторое время состоялся суд. Емилии Прутяну, учитывая то, что она, защищаясь, непреднамеренно убила человека, дали пять лет. А Михаилу, как соучастнику, – 3 года.
Виолету забрали с согласия Влада родители Емилии. Влад отдалился от всех дел и, закрывшись в своей квартире, «лечился». Он отключил телефон и запивал своё горе коньяком.
Через пару месяцев он уехал в Бухарест. Снова женился. Развёлся и вернулся в Кишинёв. Был женат ещё два раза. Затем его пригласили работать завкафедрой. Он женился на своей студентке, защитил диссертацию и в шестьдесят лет у него родился сын.
Только через полгода Емилия пришла в себя. Она работала в библиотеке колонии и руководила художественной самодеятельностью. И даже поставила спектакль. Жизнь в колонии заметно оживилась с приходом Емилии. Надо отметить, что не только заключённые, но и руководство относилось с уважением к этой красивой и харизматичной интеллигентной заключённой.
Работая в библиотеке, Еми нашла учебник английского языка и всё свободное время изучала его – это помогало освободить свою голову от грустных мыслей (впоследствии знание английского языка стало большим подспорьем в её деятельности после выхода из колонии).
Руководство колонии с удовлетворением наблюдало положительное влияние культурных мероприятий на воспитание и психическое состояние заключённых женщин.
Но однажды ночью все всполошились. Еми вдруг стало плохо: от боли она корчилась, у неё горело лицо, она вся дрожала, её тошнило. Пригласили фельдшера. Он предположил, что это признаки аппендицита. Наутро её отправили в медпункт, а затем отвезли в Кишинёв. Было воскресенье. В больнице её принял дежурный хирург Игорь, молодой врач без опыта, который предложил вызвать кого-то из опытных хирургов для проведения операции. Но анестезиолог его успокоил:
– Аппендицит – это просто царапина, делай по инструкции, рано или поздно нужно начинать тебе самостоятельно оперировать.
Операция прошла успешно, Игорь не отходил от прооперированной пациентки. Медсестра Оля рассказала ему историю Емилии, и за что она попала в тюрьму. Еми спала после наркоза. Её бледное лицо и светло-каштановые волосы рассыпались на подушке. Длинные ресницы, красивые брови, профиль, утончённые черты лица – она не была похожа на зечку. Он любовался спящей пациенткой. У него проснулось к ней чувство жалости. После обхода к Еми подошла медсестра и сообщила ей, что её оперировал хирург, который до сих пор не практиковал.
– Ты его первая пациентка.
Вошёл доктор Игорь.
– Ну, как вы себя чувствуете? – спросил он.
Она поблагодарила доктора за то, что он спас её жизнь.
– Мне очень нужно быть здоровой. У меня дома маленькая дочь растёт без меня, – она выжала из себя подобие улыбки.
Игорь проникся симпатией и сочувствием к бывшей актрисе. Вечером он зашёл проведать свою подопечную с букетом ромашек.
Её выписали и отвезли в тюремную больницу. Этот, уже увядший букетик ромашек от доктора, она взяла с собой в колонию.
Еми получила письмо от Миши. Он уже на свободе. Он и несколько неправительственных женских организаций хлопочут о пересмотре её дела и досрочном освобождении. Они подключили опытных адвокатов и организации по борьбе с насилием над женщинами. Миша сообщил также, что он с друзьями открыли фирму и дела в бизнесе идут успешно.
В одно из воскресений её пригласили в комнату для свиданий.
– Кто, мой отец? – спросила Еми.
– Нет, молодой и очень симпатичный.
Еми подумала:
– Это Миша.
У неё поднялось настроение. Она вошла в комнату. Спиной к дверям стоял мужчина, он смотрел в окошко с решёткой. На столе – коробка конфет, сок и апельсины, на газете букетик ромашек. Он повернулся к ней.
– Доктор Игорь, а Вы, что здесь делаете? Может быть Вы забыли во мне скальпель и приехали за ним? – её шутка оказалась удачной, и они вместе рассмеялись.
– Нет, я захотел Вас увидеть и обрадовать. Он протянул ей ромашки и газету, в которой на первой странице общественные организации, защищающие права женщин, требовали пересмотра её дела и досрочного освобождения:
– Нельзя держать в тюрьме женщину, которая, защищаясь от насильника, совершила непреднамеренное убийство в своей же квартире. А за содеянное она уже отсидела три года. Требуем освобождения Емилии Прутяну!
Она прижала к груди газету.
– Спасибо вам большое за всё. Вы второй раз вернули меня к жизни, – со слезами на глазах она благодарила Игоря.
Он обнял Емилию и поцеловал по-отечески в щёчку. Затем дал ей свой номер телефона и попросил:
– Емилия, я прошу позвонить мне, когда вас освободят. Я думаю, что это очень скоро случится… Мне интересно, как сложится судьба моей пациентки, за здоровье которой я несу ответственность?
Они расстались с надеждой и хорошим настроением.
