Ролан поднял всех, кого только мог в этот час. К дому Хайдукова подъехали два наряда патрульно-постовой службы, дежурный оперативник. Постановление на обыск он выписал сам, понимая, что может схлопотать за злоупотребление своими полномочиями, если прокурор или суд сочтет, что у него не было оснований для такого решения. Но дело Гаврилова получило резонанс, опять же погиб Кукушкин и сгорел его дом. К тому же Ролан всегда мог опереться на генерала Косова, неважно, доверял он Лене или нет. Опять же ФСБ подключилось, а это дополнительная опора.
Хайдукова трясло от злости, а может, и от страха, но дверь он открыл.
— Вы можете объяснить мне, что происходит?
Ролан разочарованно смотрел на толстого, с тройным подбородком мужчину. Физиономия сытая, холеная, щетина на щеках, видно, еще не успел побриться. И царапина на подбородке. Маленькая царапина, едва заметная, но все-таки это след — или от бритвы, или от осколка стекла.
— Пока ничего. Но если вы не сможете объяснить, где находились вчера в десять часов вечера, мы проведем обыск в вашем доме.
— Дома я в десять часов был!
— Кто может это подтвердить?
— Жена может подтвердить. Дочь. И видеокамера, наконец!
Семья стояла за Хайдукова горой. И видеокамера над воротами зафиксировала момент, как во двор въехал внедорожный BMW, из которого вышел хозяин дома. Машина появилась в семь вечера и больше не выезжала. И вчера утром Хайдуков находился дома, опять же видеокамера это подтвердила. В машину он сел в пятнадцать минут восьмого, в то самое время, которое исключало его участие в убийстве Гаврилова. Если, конечно, Хайдуков не отрастил себе крылья, чтобы за пятнадцать минут долететь с улицы Садовой до улицы Юности.
И отметину на подбородке вчера оставила бритва, жена это подтвердила, а дочь пожала плечами: вчера утром она спала, когда у отца в руке дрогнул бритвенный станок.
И все же с Хайдукова сняли отпечатки пальцев и взяли срезы с ногтей и волос, сфотографировали всю его обувь из ящика в прихожей и одежду, в которой он мог вчера находиться на улице Садовой.
— Илья Петрович, прошу прощения, но я должен был исключить ваше участие в преступлении.
— Исключили?
— Надеюсь.
— И я надеюсь. Что вас примерно накажут. Я буду жаловаться! Вы даже не представляете, какие у меня связи!
Хайдуков не шутил, он действительно позвонил прокурору.
С улицы Юности подполковник Журавлев отправился домой и бухнулся на диван, засыпая на ходу. Погрузился в сон метра на три, но утонуть не позволил, выдернул себя за волосы на поверхность бытия. Но проверенный способ в этот раз дал сбой, спать захотелось еще больше. Ролан погрузился на самое дно, но Беглов нашел его и там. Позвонил, разбудил и велел срочно предстать пред ясные очи.
В кабинет к Беглову Ролан вошел в половине одиннадцатого.
— А вам что, товарищ подполковник, распорядок дня не указ?
— Виноват, проспал! — покаялся Ролан.
Если Беглов не в курсе, как он провел эту ночь, значит, не знает и об утреннем визите к Хайдукову. Но не тут-то было.
— Это все? Больше ничего сказать не хотите?
— Думаю, гражданка Гаврилова непричастна к смерти мужа. Предположительно, ее мужа взорвал сосед, некто Кукушкин. Проник в дом напротив, направил взрывное устройство на машину потерпевшего и скрылся с места преступления. Но слишком уж тщательно он замел следы… В общем, вышел я на Кукушкина, пришел к нему…
— Насколько я знаю, вы приходили к гражданину Хайдукову!
— А его что, убили?
— Убили?! Хайдукова?! У вас с головой все в порядке, товарищ подполковник?.. Ах, да!..
— Если не убили, значит, невиновен. Начетников убил Сорокина, застрелен. Кукушкин взорвал Гаврилова, и тот сгорел, экспертиза покажет как, заживо или нет. Хайдуков никого не убивал. Поэтому он просто пожаловался на меня.
— Вы ворвались к Хайдукову в дом, у его жены нервный срыв, сейчас она у врача, и молите бога, чтобы обошлось без осложнений!.. Я вам не говорил, что прокурор будет ходатайствовать о возбуждении уголовного дела? По факту превышения должностных полномочий, повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан!
— Если виноват, отвечу, — холодно посмотрел на Беглова Ролан. Если суд признает его вину, то в незначительной степени, назначат штраф или лишение заработной платы. Главное, не лезть в бутылку.
— Ответите! Обязательно ответите!.. А пока вы отстранены от дела!
— Это ваше решение?
— А моего решения вам мало? — встрепенулся Беглов.
— Вы как-то связаны с гражданином Валушиным?
— При чем здесь гражданин Валушин?
— Если он звонил вам, просил принять меры, я бы не рекомендовал вам принимать скоропалительные решения. Дело в том, что гражданин Валушин имеет определенное отношение к убийству Кукушкина. А значит, и к убийству Гаврилова… Поскольку Кукушкин и Начетников погибли, Валушин может иметь отношение и к убийству гражданина Сорокина. Разумеется, моя гипотеза нуждается в серьезной проработке, но я как раз собираюсь этим заняться.
— Заняться гражданином Валушиным? — нервно спросил Беглов.
— Будете мне препятствовать? — Ролан пристально смотрел на него.
