— Да нет, я своими глазами видела, как он маму с лестницы толкнул… Он на меня тогда так глянул, что я до сих пор по ночам просыпаюсь в холодном поту.
— Кем он у тебя работал?
— Да в охранной фирме, заместитель директора.
— Неплохо.
— Зарабатывал да, неплохо, деньги были… Я на эти деньги квартиру здесь, в Святках, купила.
— Почему именно в Святках?
— Не знаю, город на слуху был. Красивый город, под Москвой… Отец рассказывал маме. Красивый, говорил, город, подмосковная Швейцария.
— Понятно.
— Что тебе понятно?
— Злишься ты на отца, очень злишься. Но квартиру в Святках купила. Чтобы он тебя нашел.
— Не хочу я, чтобы он меня нашел!
— Ты не хочешь, подсознание хочет.
— Ты не понимаешь, я деньги у него украла, квартиру купила. Он меня убьет!
— Не убьет, и ты прекрасно это знаешь, — вздохнул Ролан.
Его дочь не знала настоящего отца, и он не будет ломать привычный для нее образ жизни. Если будет видеть Катю, то только издалека. Но всегда будет считать ее своей дочерью. И если она вдруг его обидит, простит ей все.
— Тогда Валушин убьет… Кто-нибудь да убьет…
— Ты, наверное, не понимаешь. Генерал Косов — очень большой человек. Если он подключился к делу, твой Валушин обречен. И не важно, сдашь ты его или нет, все равно он сядет. Просто если ты его сдашь, он сядет раньше.
— Но я ничего не знаю.
— Не знаешь, но догадываешься, что он стоит за этими убийствами.
— Он говорит, что кто-то его подставляет… Но как-то не очень убедительно говорит.
— Кто может его подставлять?
— Он сам не знает.
— И не догадывается?
— Догадывается. Какой-то Вересов со своей строительной компанией. Валушин сказал, что у него большие планы на Святки.
— Кому сказал, тебе?
— Нет, по телефону с кем-то говорил, я слышала.
— Он хотел, чтобы ты услышала?
— Прости, не поняла!
— Может, он нарочно сделал так, чтобы ты услышала.
— Не знаю, — задумалась Лиза.
Ролан не знал точно, по какой причине она путается с ним. Может, ей на самом деле страшно. Может, ведет какую-то игру с подачи Валушина. А может, и то и другое. Спряталась у Ролана по своей воле, но Валушин не больно-то хочет ее вернуть. Потому что пытается использовать Лизу вслепую. Вот уже дезинформация в ход пошла, Вересова подставляют… Так или иначе, Лиза оказалась под крылом у Ролана, и он должен, обязан ее оберегать. А на Вересова, если вдруг это активная сила, выйдут и без него.
Сосновая роща, осыпанная снегом, озеро, скованное льдом, по берегу растянулись в шеренге деревянные домики, как будто сам Кукушкин их под линейку ровнял. В главном здании ресторан и ресепшен, рыжеволосая девушка с биозавивкой смотрела на Ролана сонными глазами.
— Да, заказывали вам номер, четвертый домик, восемнадцать тысяч в сутки.
Ролан ничего не сказал, но девушка умела читать по глазам и посоветовала:
— Можно взять одну половину дома, за девять тысяч.
Он думал, что Косов организовал им ведомственный санаторий с щадящими ценами, а он удружил им базу отдыха с конским прайсом. Восемнадцать тысяч в мертвый сезон — это слишком. Но и отказаться он не мог, перед Лизой неудобно. А она стояла рядом, не захотела оставаться в машине.
— Как это, половина дома? Разделили дом пополам, каминный зал в одной половине, кухня в другой?
— Нет, конечно! Дом на два номера, просто звонили, сказали, что дом вам нужен целиком.
— Это значит, что мы можем жить в одной половине, за нее и платить. А во второй половине дома жить никто не должен.
— Номер не должен простаивать.
— И не будет, — кивнул Ролан, вспомнив обещание Косова. Завтра, вернее, уже сегодня, должны подъехать люди, которые будут их с Лизой охранять. Их и поселят во второй половине дома. За счет государства, разумеется… Или Косов хочет посмотреть, насколько Ролан богат? Глупо так думать, но зачем-то Леня спросил про богатство… Ролан тряхнул головой. Время позднее, двадцать минут четвертого, сознание перегружено от усталости, а еще на ночлег располагаться.
Он заплатил за номер, администратор проводила их к дому. Дорожки очищены от снега, посыпаны песком, идти легко и просто.
Дом полутораэтажный, шале, внизу кухня, каминный зал, ванная, наверху две спальни. Отопление газовое, батареи горячие. Дрова в печи сложены горкой, администратор поднесла горящую спичку, пламя вспыхнуло задорно, шаловливо. И сама девушка улыбнулась загадочно, с интересом глянув на Ролана.
— Хорошего вам отдыха!
Она ушла, а Лиза еще какое-то время смотрела ей вслед.
— А что, у нас медовый месяц?
— Давай спать!
— Иди, я подойду попозже, дорогой!
Что это было — шутка или угроза?
Ролан принял душ в ванной на первом этаже, она заперлась на втором. Он уже лег в постель, выбрав для себя спальню поменьше, а Лиза все еще «чистила перышки». Вода уже не лилась, но шумел фен.
