Но Бог не оставляет без ответа действия и обман злых духов; ибо когда Валак осмеливается использовать эту сверхъестественную силу для того, чтобы разрушить планы народа, истинный Бог тут же начинает действовать. Валаам с присущим ему лицемерием говорит, что ему необходимо посоветоваться с Богом: такое тоже всегда имело место. Те, кто меньше всего имеет дело с Богом, особенно часто очень дерзко говорят о нем; так было в древности, так есть и сейчас. Написано, что Бог пришёл к Валааму и сказал: “Какие это люди у тебя? ” Валаам не забеспокоился, так как привык к злому духу. Он не знал, что сила, пришедшая к нему, была старым знакомым духом. Бог поймал хитреца в его же сети. Именно так случается там, где могущественная сила Бога показывает, кто Он перед лицом любого врага, осмеливающегося противодействовать его народу. Поэтому, когда Бог спросил пророка о том, кто были те люди, Валаам отвечал: “Валак, сын Сепфоров, царь Моавитский, прислал (их) ко мне (сказать): вот, народ вышел из Египта и покрыл лице земли; итак приди, прокляни мне его; может быть я тогда буду в состоянии сразиться с ним и выгнать его. И сказал Бог Валааму: не ходи с ними, не проклинай народа сего, ибо он благословен”.
Итак, впоследствии мы увидим, каким удивительным образом Бог обратил нападки дьявола против него же самого и заставил хитрого и коварного Валаама неосознанно пойти против своих интересов, и, подчинившись могущественной власти Бога, стать средством запечатления (как это только может сделать человек) благословения Бога на его народе. “И встал Валаам поутру, и сказал князьям Валаковым: пойдите в землю вашу, ибо не хочет Господь позволить мне идти с вами”. Моавитские князья возвратились и передали Валаку, что Валаам не согласился прийти. Валак, рассуждая на основании человеческого опыта, согласно своему сердцу и опыту, послал к Валааму князей более знаменитых, чем те, и они пришли к Валааму и сказали ему: “Так говорит Валак, сын Сепфоров: не откажись придти ко мне; я окажу тебе великую почесть и сделаю (тебе) все, что ни скажешь мне”. Валаам же отчасти из хитрости, добиваясь более выгодных условий, отчасти потому, что противостоял своим же намерениям под действием руки Бога, отвечал: “Хотя бы Валак давал мне полный свой дом серебра и золота, не могу преступить повеления Господа, Бога моего, и сделать что-либо малое или великое (по своему произволу); впрочем, останьтесь здесь и вы на ночь, и я узнаю, что ещё скажет мне Господь”. Но даже в этом случае Валаам обнаруживает своё притворство в речах и отсутствие в себе истинной веры; ибо если бы она была, он никогда бы не стал спрашивать Бога вторично. Верующий знает, что Бог не меняется. Он не человек, чтобы ему изменяться.
Не знающий Бога Валаам поэтому задержал послов, ибо он всей душой возлюбил предложенные почести и вознаграждение. Он упрашивал их остаться и подождать, пока он опять поговорит с Богом. И здесь Валаам снова попадает в ловушку своей алчности, ибо “ пришёл Бог к Валааму ночью и сказал ему: если люди сии пришли звать тебя, встань, пойди с ними”. Конечно, это вовсе не было делом его святой воли; Бог имел дело с упрямством и поступал соответственно этому упрямству. Так Он допускает, чтобы человек следовал своим собственным путём на ощупь. Это справедливо; и так Бог поступил с Валаамом. Там, где Он видит искренность, Он милостиво встречает трепещущее сердце и колеблющийся разум. Но в случае с Валаамом не приходится говорить о колебании. Здесь очевидно явное своеволие, и своеволие перед лицом яркого выражения воли Бога. По сути, Валаам легкомысленно относился к Богу и к тому, что Он сказал. Ему ясно было сказано, что он не должен был проклинать народ, но благословлять его; и все же Валаам ждал с той целью, чтобы, если это будет возможно, проклясть тех, которых Бог повелевал ему благословить. В нем не было ни капли веры и ни капли страха пред Богом. Поэтому теперь уже Бог оставляет Валаама с его же собственными средствами. Если Валаам присоединится к идолам - пусть себе присоединяется, как будто его и не предупреждали. Итак, истинная его мораль становится весьма понятной, ибо сказано: “Валаам встал поутру, оседлал ослицу свою и пошёл с князьями Моавитскими. И воспылал гнев Божий”. Поэтому ясно, что, хотя Бог и согласился, чтобы невежественный человек оставался невежественным и своенравный человек пошёл туда, куда хотел, и поступил там по своей воле, пророку было дано выразительное и серьёзное предупреждение, указывающее на то, что он предстал перед лицо Бога (ср. ст. 12 и 22).
