Посмотрите, например, как это относится к тем, кому было запрещено войти в “общество Господне”. И, заметьте, что это - его общество; ибо это главное, о чем говорится в данной книге: все сосредоточено в Господе и все берёт от него начало. Это не просто общество Израиля; и эта мысль весьма существенна, и её следует помнить, поскольку она имеет практическое значение. Ни один человек не будет правильно вести себя в собрании, если рассматривает его просто как собрание святых, хотя и это само по себе совершенно верно. Это - собрание Бога; и хотя мы знаем многих, отступающих от этого высокого принципа, это все же гораздо лучше. Если это является истиной, то может ли это быть слишком возвышенным? Мы желаем всего, что может возвысить нас над нашей собственной незначительностью и ничтожностью. Мы склонны впадать в ничтожность, если не будем предаваться единственной возвышенной силе, способной поднять нас до желаемого уровня. Мы желаем Бога, и Он у нас есть; но, оставляя то положение и те отношения, которые его благодать даровала нам через искупление, мы никоим образом не умаляем себя. Напротив, сам факт, что мы помним, что это - собрание Бога, наилучшим и божественным образом делает нас весьма чувствительными к нашим недостаткам. Если же мы будем рассматривать его как просто собрание святых, хорошо зная, что святые есть бедные создания, пострадавшие за его дело, тогда мы легко скатимся от жалких мыслей к прощению греха; тогда как, с другой стороны, плоть, исповедующая пусть даже самую возвышенную теорию, скоро проявит себя. Если собрание рассматривается как собрание Бога, то становится важным вопросом то, как мы поступаем и что мы говорим.
В данном случае мы видим, что Бог выделяет определённые вещи, несовместимые с положением тех, кто связан с ним. Его народ должен вести себя подходящим для е г о общества образом; относительно неподходящих его обществу находим следующее: “Аммонитянин и Моавитянин не может войти в общество Господне, и десятое поколение их не может войти в общество Господне во веки; потому что они не встретили вас с хлебом и водою на пути, когда вы шли из Египта”. Бог не забывает, когда что-либо касается управления. Он забывает (и это именно то, что Он делает), когда речь идёт о милости. Далее Он говорит: “Не желай им мира и благополучия во все дни твои, во веки”. Но замечательно также и то, что, говоря об идумеянине (я не знаю, говорил ли Он когда-либо, что ненавидит кого-либо из них, как Он ненавидел Исава), Он называет его братом: “Он брат твой”. И даже о тех, что некогда были против израильтян, Он говорит: “Не гнушайся Египтянином, ибо ты был пришельцем в земле его”. Таким образом, мы видим, что речь идёт не о ненависти с нашей стороны, но речь идёт о подчинении Богу, о том, чтобы мы направляли ход наших мыслей по его Слову , и о том, чтобы мы строили свои суждения и вели себя соответственно этому. Я вовсе не сомневаюсь в том, что когда мы оценим Писание, то в должное время увидим всю его мудрость. Хотя здесь не говорится о том, насколько мы можем оценить мудрость Бога. Наше дело - верить и подчиняться ему; и существует определённый способ, каким Он заботится о меньших из нас. Самое неискушённое чадо Бога может следовать и подчиняться его Слову.
Вполне вероятно, что даже самые мудрые, стараясь вникнуть во всю его мудрость, испытывают затруднения. Увы, я уверен, что испытывают. Дело в том, что лишь постепенно можно постигать его истину и беспредельную мудрость; но, тем не менее, все же Он доступен нам в слове Писания. Мы приглашены прочесть и понять его, ибо то, что совсем недоступно простому смертному, Он открыл своим чадам посредством Духа, и Дух исследует все, даже глубочайшие мысли Бога. И мы имеем привилегию заявить: “Мы знаем”. Кто же может ограничить милосердную власть Бога, дающую нам возможность по-настоящему постичь его пути? Но понятное или нет, Слово Бога имеет власть повелевать, и величайшее успокоение приносит нам мысль о том, что мы исполнили что-то просто потому, что на то была воля нашего Бога. Затем мы начинаем постигать, какое в этом счастье, как это прекрасно и мудро. Это гораздо лучше, чем постепенно составить своё собственное мнение, а затем действовать согласно ему. Если мы променяем веру на подобное руководство, то какая это будет глубокая и невосполнимая потеря! В первом случае, если мы принимаем его Слово искренне, то обретённая мудрость будет плодом его милосердия, а не основанной на нашем доверии. В одном случае мы прославляем себя, потому что мы считаем это мудрым по причинам, кажущимся нам благими; во втором случае мы подчиняемся Богу потому, что это - его собственная воля в его славе. Нет ничего лучше последнего, ничего более святого и смиренного, чем мудрость веры.
