Вечером того же дня он направил Временному правительству телеграмму с описанием положения на фронте и своими предложениями по исправлению положения (введение смертной казни и полевых судов на фронте). Генерал Брусилов противился этому назначению (но при этом 8 июля своей телеграммой подтвердил, что считает "безусловно необходимым немедленное проведение в жизнь мер, просимых генералом Корниловым"). Однако Керенский настоял на назначении. Положение фронта было катастрофическим.
А 19 июля Лавр Георгиевич Корнилов был назначен Верховным Главнокомандующим всей российской армии.
Но, не желая повторять ошибки своих предшественников, назначения сразу не принял, хотя и не отказался. Лавр Георгиевич выдвинул условия, при выполнении которых соглашался пост принять.
Три дня ушло на обсуждение условий, на которых генерал Корнилов был готов согласиться принять должность Верховного Главнокомандующего. Условия вкратце были таковы: невмешательство правительства в назначения на высшие командные должности, скорейшая реализация программы реорганизации армии и назначение генерала Деникина командующим Юго-Западным фронтом.
После долгих переговоров сторонам удалось прийти к компромиссу, и Корнилов принял пост, делающий его вторым человеком в государстве, крупной политической фигурой, способной влиять на происходящие в стране события. Это назначение было встречено большой радостью в среде офицеров и консервативной публики. Появился лидер, в котором видели надежду на спасение армии и России.
Через несколько дней для восстановления дисциплины в армии, по требованию генерала Корнилова, Временное правительство вводит смертную казнь.
Керенский настаивал на назначении Корнилова, потому, что положение на фронте ухудшалось с каждым днём. Он знал о чудесах, которые Лавр Георгиевич совершал на фронте и надеялся, что тот сумеет совершить очередное.
Надежды были тщетны. Корнилов был прекрасным военачальником, но не волшебником.
От армии на самом деле уже осталось намного меньше половины. Остальные части, разложенные антивоенной пропагандой большевиков, воевать были не способны. Даже официальное введение смертной казни на фронте не могло ничего изменить.
Но главной ошибкой Керенского было то, что он не учёл, что Корнилов всегда прекрасно умел разрешать проблемы именно путём нахождения их главных причин и устранения таковых.
А ведь главной причиной поражений и небоеспособности армии была, собственно, отмена требования воинской дисциплины путём введения в войсках всяких советов, комитетов, митингов и так далее.
Но ведь это было следствием именно политики Временного Правительства. То есть оно само и являлось главной причиной поражений, как какому выводу и должен был в конце концов прийти Корнилов.
В общем, Керенский выпустил джинна из бутылки, не подумав – а как его в случае необходимости загнать обратно.
Как мы уже знаем, Лев Троцкий яростно отстаивал лживость обвинений в адрес Ленина и видных большевиков в шпионаже в пользу Германии. "Если Ленин – немецкий шпион, то и я – немецкий шпион!" – громогласно заявлял Лев Давидович.
В конце концов Временное Правительство, по-видимому, ему поверило, и в ночь на 23 июля Троцкий был арестован одновременно с другим видным межрайонцем Анатолием Луначарским.
24-го числа Льву Давидовичу следователем Александровым было предъявлено ставшее уже стандартным обвинение в шпионаже в пользу Германии.
Как мы помним, до этого в том же обвинили Ленина и других большевистских лидеров.
Следователь предъявил Троцкому в качестве основания для обвинения показания некоего прапорщика Ермоленко. Оказывается, этот господин в апреле 1917-го года заявился в Ставку генерала Алексеева и объявил, что он является завербованным немецким агентом, но, как русский патриот, намеренно сдался российским войскам, чтобы разоблачить настоящих агентов германского Генштаба.
В своих показаниях Ермоленко писал примерно следующее:
Он был завербован немцами, и ему было дано задание вести на Украине сепаратистскую пропаганду. Для этого Ермоленко должен связаться с ведущими украинскими сепаратистами, а также другими немецкими агентами. Для чего прапорщиком было получено 1500 российских рублей он немецкого Генштаба.
Прапорщику якобы были даны все необходимые сведения относительно путей и средств, при помощи которых надлежит поддерживать связь с руководящими немецкими деятелями, относительно банков, через которые были переведены необходимые фонды и относительно имён наиболее значительных агентов, среди которых находились многие украинские сепаратисты – и Ленин.
Ну и далее – подобная же ахинея. На основании этих показаний строились обвинения против Ленина и его соратников.
Обвинение же против собственно Троцкого было выдвинуто на основании как бы доказанного обвинения в шпионаже против Ленина и базировалось на следующих моментах:
1) Троцкий приехал вместе с Лениным из Германии.
2) Троцкий состоял членом ЦК партии большевиков.
3) Троцкий состоял одним из руководителей военной организации при ЦК большевиков.
