— Вот как! — Андрюха присел, понюхал коньяк и начала тут же сооружать бутерброд из колбасы и сыра. — Ты, братан, никак у меня хочешь пальму первенства забрать? — он сделал глоток. — А неплохо! Только я понял, что мы сегодня не треню не пойдем?
— Правильно понял.
Мы немного посидели. Я уже находился в нирване, парни догонялись. Коньяк хороший, да закусочка сытная.
— Вань, а откуда бабки? И уже не первый раз.
Андрей с интересом повернулся в мою сторону. Вот ведь Сереге неймется.
— Оттуда!
— А в оттуда еще нет? Мы бы не прочь заработать.
— Нет. Разовая акция.
— Не понял, Ванек, ты встал на скользкий путь?
— Не дождетесь! Просто помог одному знакомому в родне. А он человек щедрый.
— Темнишь ты.
— Так и родственник не простой.
Друзья переглянулись, но тащить сведения из меня клещами не стали. И в наше студенческое время существовало личное пространство. Просто умели соразмерять его с коллективным, а не впадать, как будущая молодежь в безудержный эгоизм.
Понемногу разговор переключился на учебу и разные, связанные со студенчеством обязанности.
— Могу обрадовать. Нам Самойлов поручил стенгазету к 7 ноября оформлять.
Сереге открыто усмехался. Напомнил мне об общественной работе.
— Намалюем чего-нибудь.
— Так, Маша у тебя хорошо рисует. Лиза говорила.
Память у Андрюхи хваткая, даже чересчур. Олег также оживился.
— Может, пригласим девчонок к нам на выходные. Совместим, так сказать, полезное с приятным?
Я скептически осмотрел наши койки.
— Совмещать где будем?
Парни переглянулись и радостно заржали. Сколько же в нас еще ребячества! Мне внезапно стало жутко неохота отсюда съезжать. Мои юные верные товарищи! Как я скучал по вам там, где все не так и жизнь подлюка! Как будто изнутри меня омывает родниковой водой. Как жаль, что все это ненастоящее. Аж плакать хочется!
Чем хорош Апраксин двор? Работая здесь, можно завести кучу полезных знакомств. Пусть с Моисеевичем я расстался, но ход в Апрашку для меня не закрыт. Продвигаюсь неспешно мимо открытых дверей и вижу на улице скучающего Витьку. Он работал в шмоточном отделе галереи, но нос всегда держал по ветру и приводил в ломбард немало народу. Там же не все оформлялось официально. То есть чувак тертый и открытый к сотрудничеству.
— Здорово Витёк! Как наше не хочу?
— Ванятка, салют. Давно тебя не видел. Дорогу сюда забыл?
— Учеба, девчонки. Занят, короче.
— Понимаю. Айда к нам! Зачем тебе никому не требующийся диплом?
— Спасибо, подумаю, — придвигаюсь ближе к продавану и тихо спрашиваю. — Слушай, мне ювелир нужен. Хороший и главное — неговорливый.
Витя оглядывается по сторонам. Его будто бы скучающий вид ничем не примечателен. Привык в такой манере говорить о делах. Ну и правильно. Меньше подозрений вызываешь.
— Чего не к Абраму своему?
— Мне не продать, а сделать.
— Ясно. Двинули.
Мы зашли внутрь магазина. День был хмурым и холодным. По этой причине покупатели свои наличием не особо радовали. Витёк достал толстую записную книжку, но сначала указал на вешалку.
— «Аляски» завезли. Как раз твой размер есть.
Намек был прозрачен. В принципе я мог поискать человека и сам, но Витя славился тем, что не имел привычки подставлять других. За это его уважали и частенько предлагали не очень законные способы заработка. На самом деле на Апрашке многие продавцы «стучали» в органы. Чуть ли не все. Да и куртки эти мне в ту пору нравились. Крепкие, ноские и теплые. Только появились в Союзе как раз в эти годы. Я выбрал подходящую по размеру и отдал почти двести целковых. Ничего, не убудет, денег у меня еще полно. Да и поддерживать реноме успешного парня стоит.
Витя принял сумму в червонцах, уважительно кивнул и тихо добавил:
— Адрес в правом кармане. Скажешь, что от меня.
— Кто он?
— Немец.
— Почему немец?
— А я почем знаю?
Ехать было не так далеко, клинок лежал у меня в спортивной сумке в только что сшитых ножнах. Несмотря на страшилки Голливуда на каждом шагу милиция граждан не останавливала, и тем более не обыскивала. На моей памяти все началось в девяностых. Да и то не везде. Беспримерно свирепствовал ОМОН. Но им и положено. С лихими людьми имели дело. Так что я особо не опасался, что придется столкнуться с представителями закона. Как неудобно, что в этом времени еще нет моды на рюкзачки. Ходить с туристическим было бы странно.
