Действия советских войск на южном фасе образовавшегося котла опережали противника на шаг, а иногда и на два. Потерпев поражение и оставив позиции, венгры ещё только перегруппировывали свои потрепанные соединения для нанесения контрудара по противнику, как снова попали под его сокрушающий удар. Преследуя отходящего неприятеля, советские войска ворвались в Анненское, где завязалась яростная борьба. Венгры дрались отчаянно за каждый дом, за каждую улицу, но красноармейцы смогли сломить их сопротивление.
Тех, кто не хотел сдаваться, уничтожали при помощи танков, пулеметов и связок гранат, брошенных в окна или подвалы домов, превращенных врагом в опорные пункты обороны.
От полного разгрома венгров спасли развернутые с полдороги на Пулково и Колпино подразделения полицейской дивизии СС. Благодаря их огневой поддержке, венгры смогли перебраться по мосту на южную сторону реки Мойки, ставшей разделительной чертой этого боя.
В эти дни венгерским подразделениям катастрофически не везло. Союзники их союзников постоянно подставляли солдат адмирала Хорти. Сначала испанцы не успели полностью занять оборонительные позиции на левом берегу Невы в районе Московской Дубровки, и советские войска прорвали кольцо блокады. Затем хорваты не выдержали натиска советских войск, наступающих на Мгу, в результате чего над левым флангом венгров нависла угроза разгрома и окружения.
К чести балканских союзников фюрера под командованием бригадного генерала Тужмана, необходимо сказать, что удар подразделений 2-й ударной армии пришелся в стык хорватских и венгерских позиций. Рота танков отдельной танковой бригады смогла быстро прорвать оборону хорватов южнее Келколово и, перерезав железную дорогу, идущую на юг, двинулась вдоль неё на Мгу. Известие о прорыве русских танков вызвало в стане хорватов такую же панику, что часто возникала в советских фронтовых тылах горьким летом сорок первого года. Число прорвавшихся танков возрастало подобно снежному кому, и хорваты были побеждены не столько силой оружия, сколько силой слова.
Напуганные солдаты Тужмана хотели только одного: как можно скорее оказаться по ту сторону реки Мги, полностью позабыв о своих соседях – венграх. Руководивший этим участком обороны полковник Ракоци узнал о том, что его левый фланг оголен, когда советские танки с десантом на броне атаковали железнодорожные разъезды Мги.
Для захвата станции и городка сил явно недоставало, но командовавший ротой майор Драгунский не ставил перед собой такой задачи. Он перерезал железнодорожное сообщение с Мгой с запада и юга и занял глухую оборону на стыке этих магистралей.
Очень может быть, что смелый рейд Драгунского закончился бы геройской гибелью храбрецов. К сожалению, очень часто вырвавшиеся вперед танковые подразделения не получали вовремя поддержки и гибли, но только не на этот раз. Генерал Орел внимательно следил за действиями своих подопечных, и едва Драгунский сообщил ему по радио о своем успехе, как он немедленно доложил об этом Рокоссовскому.
Осунувшийся от постоянного недосыпания последних дней, Константин Константинович без всякого раздумья ввел в прорыв новые силы, и оборона противника была окончательно расколота. Шесть часов танкисты майора Драгунского вместе с пехотой героически держали оборону до подхода главных сил. Сначала они отбили атаку венгров. Затем не пропустили рвущихся со стороны моста через Мгу немецкую пехоту и, наконец, отразили натиск хорватов, которых под угрозой смерти гнали в бой собственные офицеры. Во время отражения последней атаки противника танкисты полностью истратили запас снарядов и потому встречали атакующего врага сначала пулеметными очередями, а затем просто давили гусеницами своих танков.
Подход подкрепления был как нельзя вовремя. Промедли командование хотя бы не только на день, но на несколько часов, и неизвестно, чем закончилось бы сражение за Мгу. Возможно, венгры при поддержке немцев смогли бы восстановить оборону, но этого не случилось. Рота капитана Клестова захватила подступы к мосту через реку Мгу, и, чтобы не допустить его захват, противник был вынужден взорвать его. После этого оборона противника посыпалась как карточный домик. Зажатый с двух сторон, полковник Ракоци покинул станцию Мга, отведя свои подразделения на четыре километра к югу, заняв промежуток между станциями Сиголово и Сологубовка.
С отступлением венгров были вынуждены оставить свои позиции в Михайловском подразделения 223-й пехотной дивизии вермахта, на которых оказывали сильное давление со стороны поселка Мишкино сразу две советские дивизии.
Бегство хорватов предрешило судьбу Келколово. Станция с её сильными оборонительными рубежами была взята за несколько часов, и как потом немцы ни пытались выправить положение, все было безуспешно. Перешедшие Мойку советские дивизии взяли Мусталово, и полковнику фон дер Гольцу стоило огромных трудов удержать небольшой промежуток между реками Мойкой и Мгой.
