Леонид Ленский по прозвищу Ленивец попадает в волшебный мир — в королевство, охваченное гражданской войной. По неведомой причине он получает практически неиссякаемые колдовские силы, из-за которых на него начинают охоту враждующие стороны. Вот только попаданец феноменально ленив и в гробу видал местечковые распри. Главное — вернуться домой, на любимый диван, а потом хоть трава не расти. Но не всем по нраву такой подход к жизни. Не все готовы смириться с наглым отказом. И герою придется сильно потрудиться, чтобы не ударить пальцем о палец. А трудиться он ой как не любит.
Все началось в мой восемнадцатый день рождения. Хотел отметить дома, но друзья чуть ли не силой уволокли в парк. Мол, фигли киснуть в квартире, совершеннолетие один раз бывает, надо потусить, чтобы на всю жизнь запомнить. В общем, так и вышло.
Неплохо посидели в кафешке: пиво, шашлычки, музыка, все как надо. Собрались уже расходиться, но Леха заметил хреновину, на которой альпинисты тренируются. Такой столб с разноцветными упорами. А Лехе если дурь в башку ударит, хуже сектанта становится. Начал нудеть:
— Пошли наперегонки полазим. Ну пошли. Ну гоу на спор. Ты же мужик теперь, в армию скоро.
А я объевшийся, упившийся… та-а-а-а-ак лень не то что куда-то лезть, а с кресла встать. Но приятеля поддержали остальные, стали брать на слабо. Хотя прекрасно знали, что на слабо меня брать бесполезно, мне слабо вообще все. И тут Катюха — пьяненькая и растерявшая всю скромность — внезапно повысила ставки.
— Кто победит, — сказала, — того поцелую.
Гормоны вступили в неравный бой с пофигизмом. И к удивлению победили. В общем, подошел к этой дуре — к столбу, то есть — башку задрал, ладонь приставил козырьком. Высокая, блин. Метров десять. Ну ладно, раз такое дело, то побороться за главный приз стоит.
На нас нацепили страховку, и в добрый путь. Леха низенький и полноватый, он и трезвый улитку не обгонит. А я долговязый, распластался на столбе как паук. До середины долез — соперник далеко: покраснел, взмок, еле дышит. Ну и поделом, будет знать, как Леню Ленивца подначивать.
Добрался до самого верха, махнул рукой ребятам — хлопайте чемпиону. А ты, Катюха, готовься — скоро спущусь. К сожалению, спуск получился слишком скорым. Я бы сказал — экстремальным. То ли ветер виноват, то ли пиво, но я не удержался и камнем вниз.
Лечу — хохочу! Страховку-то надел, все нормально будет. Вдруг слышу треск — сухонький такой, как из пистолета пальнули. Опа, ремень лопнул. Даже подумать ничего не успел, голова опустела вмиг. Помню только глухой удар, и темнота…
Очнулся от ледяного дождя. Первая мысль — я что, до сих пор в парке валяюсь? Ладно, эти засранцы скорую не догадались вызвать. Но могли, блин, хотя бы под навес отнести!
Встал, огляделся. Какое-то поле, кругом лес. Низкая туча цвета кофе с молоком, хлещет как из брандспойта, шквал едва с ног не валит. А на мне бриджи, майка и джинсовая жилетка. Хорошо хоть недалеко палатки стоят, здоровые таки, как шатры.
Вторая мысль — какие нафиг палатки? Какой, черт возьми, лес?
И тут до меня дошло. Хозяева долбанного аттракциона подумали, что я помер. И чтобы не связываться с ментами, тайком спрятали «труп» за городом. А шатры, наверное, толканутые поставили. Впрочем, пусть лучше толканутые. А то у нас и волки водятся, и медведи.
Обнял себя и пошел, сгибаясь под ревущим ветром. Ничего не болит, кости целы. Удачно, однако, приземлился. Жаль сознание потерял, ищи теперь дорогу до дома.
У палаток, опираясь на алебарду, стоял мужик в вороненых латах.
— Эй, сэр Ланселот! Есть позвонить?
Рыцарь не ответил. Постучал кулаком по панцирю и крикнул громче:
— Владыка Арагорн, дай мобильник!!
Ноль эмоций. Пришлось наглеть. Поднял забрало и чуть сознание не потерял. Бородатый типчик дохнул на меня термоядерной смесью перегара, чеснока и гнилых зубов.
— Фу, блин. — Уткнул лицо в сгиб локтя.
Как оказалось, вояка спал. Хех, дрыхнуть стоя в полных доспехах — это уметь надо.
— Ну и хрен с тобой.
Подошел к ближайшей палатке, откинул полог. Вонь — как от часового, только сильнее раз в десять.
— Ау! Хватит спать! Помощь нужна!
И тут такое началось — словами не передать. Отовсюду загремело, загрохотало, залязгало. Меня вмиг окружила толпа с мечами наголо. И прежде чем я успел рот открыть, повалила, спеленала и куда-то поволокла. Крики: «отвалите, я с вами не играю!» все пропустили мимо ушей.
Меня притащили в самый большой шатер и привязали к тяжелому деревянному стулу. Здесь, похоже, ролевики разбили штаб — напротив стоял заваленный свитками стол с чернильницей и связкой перьев, за ним — растянутая на мольберте карта.
Вскоре в шатер вошла девушка в латах и синем плаще. На вид лет двадцать шесть, симпатичная, но жутко строгая и вся в шрамах — на лбу, скулах и подбородке белели рваные отметины, похожие на присохшие спагетти. Светлые волосы заплетены в косичку, серые глаза смотрят так, будто я убил ее дедушку особо зверским способом.
— Кому служишь, шпион?! — гневно процедила незнакомка, нависнув надо мной.
— Я в ваши игры не играю. Я домой хочу. А лишение человека свободы — уголовное преступление…
— Молчать! — Она отвесила мне пощечину. Слава богу, на ней не было латных перчаток.
— Совсем офигела?! — Я аж задохнулся от такого беспредела.
— Заткнись! — Боль обожгла другую щеку. — И отвечай на вопрос.
— Никому не служу! Никакой не шпион! Просто лесу заблудился!
— Да-да. — Девушка хищно ощерилась, обнажив на удивление белые зубы — правда, без левого верхнего клыка. — Все шпионы так и говорят.
— Но это правда!
