Но тетя Катя сама рассказала: оказывается, Маруся в Егорку влюбилась еще два года назад, да только мать у нее строгая, не давала девчонке с парнями гулять – годами не вышла. Тетя Катя боялась, что передумает девка – пока вырастет, полюбит другого. Егорка за то время уж и в армию сходил, и по деревенским девкам основательно прошелся. Но нет, дождалась Маруська, пока мать сочла ее достаточно взрослой, чтобы без присмотра за ворота выходить. И тут же к Егору пошла.
А он и не прогонял. Даже наоборот: стал в клуб на дискотеку приглашать да на свидания в город возить.
Катька сыну мозги тут же промыла, ну и о свадьбе договорились.
– У вас тут порядки… прям как в прошлом веке, – не удержался от комментария Володя. – Девушек блюдут мамки до замужества. А потом родители детей женят, а не дети сами решают…
– Ой, городской-прогрессивный! Ничего ты не понимаешь, хоть и следователь! – отозвалась тетя Катя, впрочем, без обиды в голосе. И отправилась по своим делам.
А Володя задумался: может, и права Ленка, что не рассказывает никому про мертвую Маруськину сестру Наташку. Что в городе, что в деревне с таким «приданым», как утопшая сестра, мало кто согласится с девушкой иметь дело. А уж семью заводить – тем более.
Тем же вечером Ленка никак не могла улечься спать. Все ее что-то отвлекало: то воды свежей из колодца забыла принести в дом, то кошку на ночевку пустить. Будто не давало ей что-то покоя, тянуло на улицу. И, накинув на плечи мамкину кофту, она вышла за калитку, села на лавочку и закрыла глаза. Сейчас суета внутри уляжется, мысли соберутся, тело расслабится, и она пойдет себе спать. Но не тут-то было.
Только Лена открыла глаза, только собралась встать и пойти домой, в родную кровать, как увидела перед собой серое мокрое лицо утопленницы – Наташки Капустиной.
– Ёшкин кот! Тебе чего надо? – спросила Ленка, не особо рассчитывая на ответ. Мертвецы – они молчуны обычно, не любят разговаривать.
Но Наталья Ленку удивила – тихо-тихо зашептала:
– Не пускай Маруську за Егорку.
– Что? – переспросила Лена.
– Не пускай Маруську за Егорку. Не пускай Маруську за Егорку. Не пускай. Худо будет. – И растворилась в воздухе.
Ежели покойнику что-то в голову втемяшилось, он ни за что не отступит – это уж Ленке было хорошо известно. Покойники больше живых знают, им можно доверять. Только вот как исполнить просьбу Наташки? Подойти к Марусе и сказать прямым текстом – не ходи замуж за своего любимого? А ведь Маруся с Ленкой даже не подружки, чтобы о сокровенных чувствах и планах на жизнь поболтать. Или лучше к Егору подойти и сказать – не бери Марусю в жены?
Оба варианта сомнительные.
Чтобы как-то прощупать обстановку, Ленка взяла трехлитровую банку и отправилась к Маруськиной матери – купить парного молока и попробовать что-нибудь разузнать.
У избы справа был пристроен хлев, где стояла корова Зоя.
Ленка подала банку, тетя Шура обменяла ее на такую же с утренним надоем. Все молча как-то. А как начать вопросы задавать? Да и о чем? Это следователь городской только и сыплет: «А что? А как? А кто? А почему?» Ленка так не умела.
Вышла с молоком за калитку, а уйти не может.
К счастью, через минуту показалась сама Маруська – в красивом платье с люрексом и в босоножках на каблуках, глаза подкрашены, улыбка во все лицо.
– Привет! Молоко у нас взяла? – Она сразу заметила Ленку.
– Да вот… – Ленка показала банку. – Задумалась чего-то… Пойду я. Ты в город нарядилась?
– Нет, до магазина. – Маруська провела рукой по волосам, проверяя прическу.
Ленка обрадовалась – им одной дорогой идти минут пять. Может, удастся что-то выспросить?
– Тебя, говорят, поздравить можно? – начала она разговор.
– Поздравить? А, да! Замуж выхожу. Можно и поздравить, – улыбнулась Маруська.
– Скоро свадьба?
– По осени. Только заявление подали. Всей деревней будем гулять. И ты приходи.
Маруся девушка простая, что в голове, то и на языке. Ленке открытые люди нравились. Жалко только, что у них в Клюквине таких было немного. Вот, на свадьбу пригласила.
Они дошли до перекрестка, где им надо было поворачивать каждой в свою сторону.
– Пока! – И Маруся легкой походкой счастливой девушки направилась к магазину.
– Пока… – прошептала себе под нос Ленка и пошла в сторону своего дома. Но не успела сделать и пары шагов, как увидела перед собой покойницу Наташу.
– Не пускай Марусю за Егорку, – снова зашипела утопленница.
– Вот ты и не пускай! – ответила ей Ленка. – Ты же к ней ходишь! Она тебя чувствует. И внуши ей, чтобы замуж не ходила.
– Чувствует. Но не слышит. Не пускай Марусю за Егорку.
– А меня, ты думаешь, она послушает?
– В огороде под яблоней. Скажи ей, – прошептала покойница и растаяла в воздухе.
– Что в огороде под яблоней? – переспросила Ленка. Но ответить ей уже было некому.
– Клад? – раздался у нее за спиной мужской голос.
– Ой, мамочки!
От неожиданности Ленка чуть не выронила банку с молоком. Позади нее откуда ни возьмись оказался Володя.
– Подслушивал? – спросила она.
– Это не в моей компетенции. Смотрю, стоишь сама с собой разговариваешь. Я и подошел. Думал: может, помощь нужна…
