Амурских мест исконный старожил,Я тоже рад преображенью края,Не потому, что здесь тайга глухая,Которую медведь лишь сторожил,А потому, что въявь сбылась мечтаИ рельсы от Байкала к океану,Как две руки доверчивые, тянутСуровые восточные места.Но только жаль, что в шуме громких дел,В заботе о процентах и победах,Мы забываем о природных бедах,О том, что наступленью есть предел.Заезжие порой и прихвастнут:Мол, на Гилюе как-то довелось имПолюбоваться исполином-лосем,Когда сторoжко пил он воду тут.Иной не в меру прыткий репортерПоверит этой байке немудреной,Раздует в опус красочный, ядреный,Из пальца высосет:«Горел костер.Угрюмо кедры сдвинулись вокруг.Тайга шумела, ветками махая.Нас тесно обступила ночь глухая.Мы пели под гитару…Только вдругВ чащобе что-то вихрем пронеслось,Круша кустарник и сучки ломая!И вот, представьте, к нам, бока вздымая,Шатаясь, загнанный выходит лось,А вслед ему несется волчий вой —Без ужина осталась нынче стая…»Хоть писанина эта и пустая,А все ж, нет-нет и промелькнет поройТо на страницах книжек и газет,По радио иль в телепередаче.И гонорар за вымысел заплачен,Хоть в нем правдоподобья даже нет.Но бог с ним, с гонораром!Не рублемЯ вред подобной байки измеряю.Беда в другом: ведь люди доверяютТому, что так богато мы живем.«Тайги неисчислимы закрома!В ней зверь не пуган и трава не мята…»Все это было, было! Но когда-то,Да многое погибло задарма.И вот ведь что: досужий браконьерС его ружьем, капканами, сетямиБледнеет пред заезжими гостями,Что промышляют на иной манер.Когда высокий долгожданный гость,Желая экзотической охоты,Взнуздает вертолеты, вездеходы,Во мне вскипает, словно наледь, злость!Да не к нему, а к свите пробивной, —Всяк спину льстиво гнет перед вельможей,Ну только что не выскочит из кожиС душонкою ничтожной, продувной.Вот эти лося видят, коль хотят,Они в погоне пострашней, чем волки:Возьмут на мушку новенькой двустволки —И наповал жаканом поразят!Пыхтя, бегут к увязшему в снегу,Гурьбой ножами хищными свежуют,Коньяк на шкуру – царственно пируютВ укромном зимовье на берегу.Здесь каждый, несомненно, властелин…Пока в печурке угли дотлевают,Они свои вопросы «порешают»,Улягутся все мирно, как один,И захрапят на разные лады.Вельможный храп, качающий вершины!А утром сядут в теплые машины,Испив с одышкой ключевой воды, —И по домам. А памятный трофей,Упаковав, как следует, в солому,Вручат нижайше гостю дорогому,Чтоб там, в столице, помнил он друзей.…………………………Лосиные тяжелые рога,Как много вас навешено в прихожих,Где гости и хозяин в модных кожах?Об этом знает только лишь тайга…1983
