Мира провела пальцами по колючей щеке Джека – настоящий. Спустилась ниже к вороту футболки, далее по плечам к торсу. Льюис сидел, как на концерте: застыл и едва дышал. Вновь в ее власти. Но теперь им никто не помешает – ни посторонних, ни софитов. Он ее сегодня. Всегда?
Его рука перехватила ее запястье. Он пережал сухожилие, но через секунду отпустил. Скользнул к талии. Ниже… Грубые и горячие пальцы коснулись ее кожи у края штанов. Что дальше?.. Он пойдет ниже, выше? Джек не смотрел на Миру. Смотрел на свою руку. Мира почувствовала, как под зеленью его глаз воспламеняется ее бедро. «Гори пламенем! Вспыхни пожаром!» – последние здравые мысли в голове, и Мира на коленях Джека. Обняла его бедра голыми ногами, и шершавые джинсы ощущались мягче перины. Джек не сопротивлялся, но и не проявлял инициативу. Его тело, сильное, мускулистое, будто обратилось в камень. О чем думал Джек? Вспоминал жену? Или предвкушал, что будет, когда он отпустит себя и позволит происходящему случиться?
Он позволил: схватил за талию, притянул к себе. Мира вздрогнула от неожиданности или скорее от кольца на безымянном пальце. Оно холодком коснулось ее кожи, попало в полоску между майкой и пижамными штанами. Затаив дыхание, Мира следила за действиями Льюиса. Несмотря на желание получить Джека, ей хотелось, чтобы он все сделал сам. Взял ее грубо, воспользовался ею нежно. Какой он в постели? Эльмира часто фантазировала, но не пускала в голову мысль, что он плох, банален или скучен. Он только превосходен. Как на ринге. «Давай, – попросила она взглядом, – сделай со мной все что захочешь». И Джек услышал ее.
Мужские пальцы переместились ей на грудь, до слегка ощутимой боли сжали соски, помассировали ареолы. С губ Миры сорвался вздох-стон, а меж ее ног приятно закололо, будто внутри проходили маленькие разряды электрического тока. Мира хотела почувствовать, как возбужден Льюис, но сидела выше его паха и упиралась в массивную пряжку ремня. Этот контраст – огонь меж ее бедер и металл его пряжки – доводил до исступления. Мира поерзала, пытаясь спуститься.
Джек пропустил сквозь стиснутые зубы воздух и схватил Миру за волосы. Наклонил к себе, сбивая ее дыхание, не пытаясь восстановить свое. Губы. Джека Льюиса. Рядом. С ее. Губами. Отпустив, он провел пальцами по ее подбородку, и, прежде чем подарить поцелуй, прежде чем унести Миру в нирвану, Джек на выдохе сказал:
– Белладонна… – Скрипнул диван. – Белладонна! Ты в порядке? Скоро выйдешь из ванной?
Мира открыла глаза. Холодная пряжка его ремня оказалась керамикой раковины, нехватка воздуха вовсе не от близости, а из-за горячего пара: вода лилась из крана, создавая в помещении удушающую жару. Мира медленно вернулась в реальность. Внизу живота пульсировало, а белье намокло. Эльмира выключила воду, протерла запотевшее зеркало. Тихо выругалась:
– Черт.
От возбуждения и отсутствия разрядки ноги плохо слушались, во рту пересохло. Когда Мира открыла дверь, Джек ждал ее у порога.
– Что? – вновь спряталась за дерзостью. – Соскучился?
Он удивленно посмотрел на нее, кажется, на полном серьезе сомневаясь в ее вменяемости.
– Могу я пройти в туалет? – негромко спросил Джек.
– Угу, – ответила Мира, но не сдвинулась с места.
Ноги словно приросли к полу, прибитые подменой образов: смотрела на реального Джека, но видела недавнюю фантазию. Поэтому они молча стояли друг напротив друга. Неизвестно, что чувствовал Джек, но Мира ощутила неловкость и что-то большее…
П-и-и-у! Микроволновка сообщила, что попкорн готов, а момент упущен. Если бы не этот звук, сколько бы Мира и Джек простояли так? Смогла бы Мира осуществить смелую фантазию? Уже не узнать. Реальность напомнила о себе писком микроволновки, разрушив чарующий миг.
Как по команде Мира бросилась на кухню, Джек протиснулся в ванную. Щелкнул замок. Будто Льюис боялся, что она ворвется к нему… «Могла бы попытаться». Мира усмехнулась и занялась попкорном.
На столике попкорн в круглой чаше. Рядом открыт ноутбук. Белладонна и Джек сидели на диване, не касаясь друг друга. Свет от экрана придал лицу Белладонны синеватый оттенок. Джек опасливо поглядывал на увлеченную предстоящим боем девчонку: она подалась вперед и положила худенькие ручки на острые колени. Льюис всерьез беспокоился: Белладонна десять минут не выходила из ванной, а когда вышла, то казалась растерянной. Она молчала с того момента, как Джек сам ушел в ванную. А стоило ему вернуться, включила скачанную запись.
– Ты классно выглядела на концерте. Интересный образ.
– Ага, – бросила Белладонна, наблюдая, как на экране ведущий здоровался со зрителями. – Я дочка Боуи, – серьезно добавила юная рок-звезда. – И Меркьюри [27].
– Но… – Джек осекся.
Она перевела на него взгляд и не сдержала улыбку. Серые глаза хитро прищурились, а левая бровь игриво дернулась. Певица со смехом сказала:
– На моей планете они лучшие друзья! А теперь цыц, боксеры идут. – И немка отвернулась к экрану.
