Заклинания поиска также заточены под конкретные имена. Нельзя отыскать человека, не зная, кого ищешь. С общими запросами магия не справляется.
Вещи, безусловно, облегчали поиск, но опять-таки требовали работы с тепловой картой и аурой.
Большой круг, призывавший духов, - тоже не палочка-выручалочка. Души чародеев не любят, стремятся обмануть, посмеяться, на сотрудничество идут крайне неохотно. Да и о чём они могут поведать? Дело с их помощью не раскроешь.
Обо всём этом думал соэр, когда переступил порог гостиницы 'Зелёная долина': сюда вели следы преступника. Заведение средней руки неподалёку от ворот. Сама собой напрашивалась мысль о том, что преступник либо откуда-то вернулся, либо, наоборот, после убийства собирался спешно покинуть город.
Интересовавший Брагоньера номер числился под номером десять. С виду ничем не примечательный, он, тем не менее, представлял ценность для следствия.
Младший дознаватель посторонился, пропуская начальника. Быстро отрапортовал, что уже допросил хозяина заведения и изъял журнал записи постояльцев.
- Имя и фамилия всё равно фальшивые, - равнодушно бросил соэр, - но вот почерк проверить можно. Вдруг в нашей картотеке что-то найдётся?
Следователь кивнул и указал на кровать, на которой лежала какая-то коробочка.
- Что это?
- Нашли под матрасом. Вас заинтересует.
Брагоньер хмыкнул и осмотрел загадочный предмет. На поверку он оказался набором 'мушек'.
- А вот и родинка купца, - кончиками губ усмехнулся Брагоньер.
Почему-то он не сомневался, что мушечницу щедро посыпали антимагическим порошком. Безусловно, на исследование её отдадут - улика есть улика, - но радужных надежд питать не стоит.
'Наследил' убийца и внизу - в очаге обнаружили остатки сожжённой бороды.
Зная невнимательность и неопытность молодых следователей, соэр сам осмотрел комнату и очаг, а потом коротко переговорил с до смерти перепуганным владельцем 'Зелёной долины'.
Первый вопрос мог показаться странным:
- Какими монетами расплатился постоялец десятого номера?
- Местными, - не понимая, чего от него хотят, ответил хозяин.
- Крупными, мелкими, новыми, старыми?
Владелец задумался, а потом, припомнив, неуверенно произнёс:
- Да, вы правы, господин соэр, у него были лозэны и медяки. Сдачи у меня не нашлось, и он не стал её забирать. Монеты... Обычные монеты, чеканка чёткая...
Брагоньер кивнул. Сам того не желая, допрашиваемый подарил ему ценную информацию.
Номинал денежных средств и их состояние интересовали соэра не просто так: подобным нехитрым способом он определял уровень дохода преступника. Выходило, что тот вовсе не гонимый всеми проповедник или наёмник - иначе в кошельке звенела бы старая мелочь и чекушки. Да и сдачу он непременно забрал бы. Теоретически мог подарить, уезжая в спешке, но не тот тип людей.
Напрашивался определённый вывод: человек не зарабатывал деньги своим трудом. Это сразу отсекало третье сословие, да и половину второго. Никаких наёмников, гоэтов, помощников магов: они удавятся за чекушку. А этот оставил. И не имел ни одной в кошельке. Значит, богат.
Соэр нахмурился, отгоняя неприятную мысль. Неужели так развлекается кто-то из высшего общества? Абсурд! Но кто ещё остаётся? Врач, священнослужитель, государственный служащий средней руки, состоятельный торговец... Нет, торговцы бережливы.
Нож, кокаин, кошелёк с лозэнами, осведомлённость о методах следствия... Определённо, человек получил образование, неглуп.
Но почему начал убивать сейчас? Ведь с господином Диюном он беседовал полгода назад, подготовил почву, но бездействовал до лета. Отсутствовал в стране? Или просто в Сатии? Но что мешало вершить 'божественную справедливость' в других городах? Но соэр проверял: ничего, никаких схожих преступлений.
Брагоньер не сомневался, что преступник сатиец: хорошо ориентировался в городе, знал жреца храма Дагора, иначе не сумел бы подставить. Да и Весб... Откуда заезжий мог слышать историю соблазнения девушки? Если только не жил неподалёку. Но тогда почему не убил Весба первым? Почему первой стала Алия Истера? Потому что женщина? Или потому, что первой попалась на глаза? Если так, то убийца вхож в высшее общество Сатии. И опять-таки врач, жрец, дворянин...
Разумеется, хозяин 'Зелёной долины' истинной внешности постояльца не запомнил: в первый раз тот предстал перед ним в маскараде, второй - ночью, под капюшоном плаща. Но вот голос запомнил: молодой, хорошо поставленный, но не юноши - мужчины.
Судя по описанным манерам и словесным оборотам, убийца не был выскочкой из низших сословий. Впрочем, соэр и так это уже знал.
Оставив сотрудников заканчивать мероприятия в гостинице, Брагоньер решил вернуться в Управление, чтобы раздать новые поручения и затребовать протоколы допросов работников 'Весёлой свиньи'. На улице его внимание привлёк мальчишка-газетчик, размахивавший свежим выпуском 'Жизни Сатии'.
