Продиктовав ему адрес моего места жительства, он ни капельки не удивился моему району. Все же сравнивая себя и его, я могла перечислить миллион отличий, не характеризовавшие меня с этим поджарым брюнетом. Хватило просто принять к сведению его умелость в вождении и четкость в своих движениях, как пункт за пунктом выстраивался в моей голове. Где был он: на вершине небоскребов; и где была я ― среди отчужденных людей, пытающиеся выбраться из потока оскорблений, презрений и недовольств.
Дальше мы ехали в тяжелой тишине. Мистер Эндрюс постукивал в такт играющей музыки, транслируемой по радио, я же смотрела на вид за окном, перебирая в голове последние дни моего страдания. В какой-то степени университет помог мне выбраться из своей переваренной каши с комочками, только я не могла ощутить легкость от поступков или же неожиданных сюрпризов. Отовсюду били ключом, как река, эти затворнические припадки судьбы.
Громко вздохнула, что не ускользнуло от человека, сидящего рядом со мной:
― Что такое, мисс Элиннгтон? ― без намека на препирательства, поинтересовался он, одной рукой закручивая руль в левую сторону. Мы тут же встали на светофоре. ― Вас что-то беспокоит?
― Можно и так сказать, ― гулко выдавила из себя, не постеснявшись обозреть внешний вид мужского пола, старше меня максимум на десять лет.
Стройный, округленный в плечах из-за переизбытка мышц, которые ему добавляли остроты, волосы коротко подстрижены, лишь на голове, в височной области, над верхней частью уха; в районе затылка, тем самым создавая градиент из прозрачного к насыщенному цвету волос. Нос с небольшой горбинкой, брови низко посажены, добавляющий вид хмурости и надмения, глаза зеленые, чем-то напоминающие зелень в период расцветания в конце мая. Из-за перепадов света светофора, фар машин, тени ложились на профиль мужчины в интересной консистенции: не превращались в одну смесь, а подчеркивали его же лицо с точки зрения мужественности, от чего виднелись колючки, делающие из него недоступным.
Он нахмурился, сжав руль со всей силы, когда мы резко остановились. Пробка образовалась значительно. Расстояние точно около километра.
― Не хочу показаться навязчивым, но что тебя беспокоит?
О, боже. Разговаривать на свои же проблемы с преподавателем экономических отношений было до невозможности глупо, будь тут Ким или Грейс, они смогли бы уже приписать симпатию со стороны Эндрюса. Чепуха. Я даже не вижу никакого намека на дальнейшее совместное времяпровождение, хоть тут мы столкнулись из-за моей стычки с парнем.
Сама даже не заметила, как мой язык по непонятной доверчивости стал вытаскивать наружу все мои переживания. Опустила глаза на сумочку, стала теребить собачку и заговорила:
― По правде все, что навалилось на меня за последние дни. ― Подняла голову. Мужчина глядел на меня заинтересованным взглядом, надежно ловя мой и не давая вырваться. Я немного расслабилась, то ли от теплоты в машине, то ли от увеличивающейся тяготы между нами. ― Две недели назад я бы себе сказала, что в принципе не может быть таких ситуаций, вычитать которые легко на странице сентиментального романа. Из-за одной шутки вселенной, за ней потянулись другие сюрпризы.
― Это должно означать хорошо или плохо? ― приподнял он бровь, не до конца понимая мои слова. ― Ты расцениваешь свою жизнь, как наотмашь забитую сотнями ботинок.
Рассмеялась, заправив прядь волос за ухо:
― Не совсем. Я никак не могла ожидать предательства или же ограниченный в своих услугах подарок, ибо это нечто недоступное. Я так грезила тем, чтобы быть для мамы примерной дочкой, старалась приносить в наш дом больше света, нежели проблем, с которыми нам было трудно тягаться. Радовала по пустякам, старалась обделять время для совместных посиделок или же просмотров фильмов… Делала все, что было в моих силах. А за последние два года я так устала это делать. Уже сил не остается на размеренную, без приключений жизнь, о которой так лелеяла, позабыв старые воспоминания.
― Зачем тебе это забывать, если они часть тебя?
Позади нас загудели автомобили, и мистер Эндрюс тронулся резко с места, что чуть не затронул бампер впереди стоящей машины.
― Потому что это повторяется раз за разом. Когда училась в школе, меня обманули и развели, как тузик грелку. ― Он усмехнулся, расценив мой комментарий за хороший лад к своим рассуждениям. ― Придя сюда, тоже осталась с разбитым сердцем. А потом еще предложение, от которого зависит мое будущее.
― Насчет университета в Лондоне? ― уточнил, и я тут же подняла на него свои большие глаза. Он поспешил объясниться: ― Я был один из жюри, должен был оценивать работы за качественную подачу материала. Так из-за этой рекомендации у тебя трудности?
Неуверенно кивнула, уставившись в лобовое окно и проследив за перебегающимися людишками, пока многие машины выжидали своих сигналов.
― Согласен, всегда трудно выбирать, когда тебя держит сердце в родном крае, а душа хочет величественного подвига. Я тоже был между двух разъезжающих путей.
― И что вы выбрали? ― любопытно спросила, повернувшись к нему всем телом.
