Тряхнув головой, чтобы выбросить подобные мысли, наклонилась к шее Люца, на котором ехала. Все единогласно решили, что я буду продолжать путь лишь верхом, так как если я заболею, то лечить их будет некому. Вот только я почему-то сомневалась, что я вообще могу заболеть. Но разве их переспоришь? Да и мне так удобнее, если честно. По крайней мере, довольно сухо.
Послав картинку, чтобы Люц остановился, выпрямилась, погладив ладонью по чёрной гриве.
— Будем заезжать? — спросила, посмотрев на остальных.
Элбан пожал плечами, тут же устремляя свой взор в сторону деревни и леса вокруг. Глаза при этом он прищурил, и мне даже показалось, что он принюхался. Олан погладил задумчиво бороду и покряхтел для приличия. Старец, чего вы хотели? Гимрин с семьёй хмуро переглянулись, взглядом давая понять, что идея эта им не по душе.
— Будем, — за всех решил Ренольд и потопал к околице деревни.
Ну, будем, так будем. Тем более что крупы мы в прошлом селе много не брали, и она через недельку закончится. А там неведомо, встретится ли нам ещё кто живой или нет. Может выйти, что и никаких жилых поселений не будет очень долго.
Дорога, которой мы шли, популярностью не пользовалась. Частенько мы просто топали через лес. Наверное, поэтому сёла так редко встречались.
Время сейчас близилось к вечеру. Не забыв наш прошлый опыт, внимательно всматривалась в окружающую обстановку, пытаясь выявить какие-либо несоответствия или странности.
Белоснежного козла посреди грязи, жующего нечто, отдалённо напоминающее капустный лист, за странность считать можно? Нет? А раз нет, то, видимо, в этом селе всё нормально.
Выйдя полностью из леса, пошли по центральной дороге, тут же замечая, как в окнах горит огонь от свечей, а часто и любопытные лица мелькают.
На улице никого не было. Дело к вечеру, противный, моросящий дождь, слякоть, всё это, видимо, убивало желание жителей гулять по свежему воздуху, на ночь глядя. Лишь у самой дальней, крайней избе слышались весёлые голоса, будто там кто-то гулял. Дом этот был отделён от всей деревни несколькими кустами и парой деревьев, поэтому узнать точно, кто там гуляет, не было возможности. Попросту не видно.
Мы прошли немного по дороге и остановились.
— И куда? — спросил Ренольд, повертевшись на месте, будто выбирал дом поприличней. — Может, туда, где гуляют?
— Не, — спрыгнула с кальпи, отпуская его. Он и так весь день меня на себе вёз и сейчас просто мечтает хорошенько пробежаться. Люц тут же погарцевал вокруг нас и умчался в лес, напоследок кинув картинку, что он недалеко и недолго, а если что — найдёт по следам. — Туда не пойдём. Нечего людям мешать, пусть веселятся.
Подойдя к ближайшей калитке, хотела уже отворить её, как дверь дома скрипнула и на порог вышла женщина, на первый взгляд лет пятидесяти.
— Чего надобно? — опасливо посматривая на нас, спросила, повязывая на голове платок.
— Нам бы остановиться где, переночевать, а завтра еды какой прикупить, — спокойно отозвалась я. — Мы просто путники.
— Не ведомо мне, просто вы али не просто. Да и не моё энтомо дело. Шагайте дальше. Большая хата — глава наш там живёт. Ему и говорите, что вы просто.
Я проследила за пальцем женщины и кивнула.
— Спасибо.
Она кивнула и быстро скрылась за дверью. Тут же послышались звуки закрывающихся засовов. А что вы хотели: глушь, лес кругом, почти вечер, женщина, вполне возможно, живёт одна, потому что в деревни редко кто из мужиков доживает до почтенного возраста. Маги, да, а простое мужичьё, быстро к великой реке на перерождение отправляются. Особенно если они ещё и к ядрёной приложиться любят.
В итоге главой оказался крепенький мужичок лет под сорок. Видеть нас он был не рад, сообщив, что спать нам всем в его большом сеновале, так как в доме сейчас мест совсем нет. Мне показалось это странным, так как дом главы был довольно большим, по крайне мере так казалось снаружи.
— У вас большая семья? — спросила, когда мы дружно шагали в сторону сеновала.
— Какой там. Я да баба моя. Сын был, так он прошлым летом женился и теперь со своей отдельно живёт. Она сирота, дом от родителей остался. Вот они и отделились от нас. А больше детей боги нам не дали.
— А почему тогда места нет? Дом вроде большой, — не унималась я, так как хотела поспать в сухости хотя бы одну ночь. Сеновал тоже неплохо, конечно, но дома было бы лучше.
— Так слышите, гуляют?
Мы переглянулись, останавливаясь.
— Слышим, — ответил Ренольд, подвигаясь ко мне ближе. — И кто же это?
— Так из самой столицы прискакали. Бумаги привезли. Предателя имперского ловят. Говорят, принца нашего убил. Изверг. Я, конечно, того принца в глаза не видел, но всё же принц, нельзя его было убивать. Тем более что у императора он один был. И кому теперь трон? Вот как так можно было? Принца и убить. Это преступление против империи.
Я сглотнула. Это мы удачно зашли. Надеюсь, понятно, что это был сарказм? И, как теперь быть? Уехать? Это может вызвать лишние подозрения. Вдруг мужик заподозрит чего и расскажет этим лихим парням из столицы? Чего тогда делать? Отбиваться? Не очень хочется.
