Песчаники быстро рассосались. Даже странно как-то стало — ну, где тут можно спрятаться, кругом же песок? А посмотри — нет никого. Понятное дело, что они заныкались за своими ящерами, но всё равно скорость, с которой они это сделали, поражала.
Не став испытывать судьбу, похватал всё, что плохо лежало. Он хотел было уже поблагодарить Мидаха, но того и след простыл. Не став задерживаться, забрал первого попавшегося ящера и умчался в пустыню, стараясь держаться прежнего своего маршрута.
Вынырнув из своих воспоминаний, Эйнар напрягся, замечая, что ящер закончил свой ужин и сейчас как-то странно на него посматривает, стоя в нескольких метрах от него.
— Чего тебе? — спросил Эйнар, садясь на песке.
Ас уже скрылся за горизонтом, поэтому ещё немного, стоит песку остыть и холод будет очень сильным. А разжигать костёр по-прежнему нечем.
Зверь сделал несколько неуверенных шагов вперёд, потом лёг, положив свою зубастую пасть на лапы и замер, наблюдая за Эйнаром.
— Ну чего? — Асвальд склонил голову набок, силясь понять, что же от него хочет ящер. А потом до него дошло. — Ты предлагаешь мне греться об тебя?
Ящер, естественно, ничего не ответил, но Эйнару показалось, что он согласно моргнул. Бред, конечно, но, а вдруг. Всё-таки эти песчаники не всегда могут воспользоваться палаткой или же спальником, да и в пустыне костёр-то часто не из чего развести. По крайней мере, сколько Эйнар топал, никакого леса поблизости не обнаружил. А раз так, то логично было приучать своих скаковых животных спать так, чтобы их хозяева могли греться о тёплые бока в течение всей ночи.
Медленно встав, Эйнар замер — ящер тут же вскинул голову, наблюдая за ним.
— Ты сам меня позвал, — не отрывая взгляд, буркнул он, приподнимая руки и поворачивая ладони так, чтобы их видно было. Асвальд не знал, насколько умны эти ящеры, но если у них разум такой же, как у кальпи, то нужно вести себя соответствующе с самого начала.
Ящер медленно положил голову на лапы, продолжая наблюдать за ним. Эйнар осторожно приблизился и, постояв с минуту, опустился на песок.
В следующее мгновение он готов был хвататься за клинки и рубить, кромсать, спасая свою жизнь, но этого не понадобилось. Никто набивать им желудок не собирался. Зверь просто приобнял его своим длинным и мощным хвостом, притягивая к самому боку.
Удивительно, но от него шло такое тепло, что казалось, Ас по-прежнему светит. А шкура была сухой и приятной на ощупь. Если погладить, закрыв глаза, то может показаться, что у зверя просто короткая шёрстка.
Эйнар немного поколебался, а потом обманчиво расслабился, делая вид, что ему всё по душе, но при этом неусыпно следил за ящером, по-прежнему опасаясь, что тот решит им закусить. В итоге Асвальд сам не заметил, как уснул, пригревшись, убаюканный мерным сопением зверя, который, в отличие от него спал и видел свой сотый сон.
Сны Асвальду снились, вот только были они тревожными. То ли он что-то чувствовал, то ли просто день был слишком насыщенным, и сознание так отплачивало ему за все треволнения и тревоги. В мешанине образов Эйнар временами выхватывал нечто тёплое, отчего грудь сдавливало, а дыхание сбивалось. Что-то, несомненно, мягкое, нежное и безумно приятное.
Резко проснувшись, Асвальд перевёл сонный взгляд на то, что он во сне упорно тискал, и тут же оттолкнул это, подскакивая. Отступив на шаг, запнулся, чуть ли не упав при этом.
Стоило ему отойти, как ящер, который судя по всему, давно уже не спал, встал и потянулся, недовольно посматривая на него и нервно дёргая хвостом. Именно этот самый хвост Эйнар и жамкал во сне, словно свою любимую подушку, оставшуюся в замке в Оллатаре.
— Завтрак и все дела? — хмуро спросил в никуда Эйнар, наблюдая, как зверь обгладывает последний видимый кустик. — Мне бы тоже не мешало.
Потерев заспанное лицо ладонями, тряхнул головой, потом быстро завязал свой растрепавшийся хвост и принялся перекусывать. При этом он размышлял о вероятности того, что зверь согласится везти его дальше.
Ящер особо против не был. Позволив оседлать себя, сразу же стартанул в направлении, в котором они и двигались весь вчерашний день.
Асвальду уже не терпелось поскорее вернуться, чтобы отыскать одну девушку, которой он был сейчас очень благодарен. А за неимением возможности выразить свою благодарность, чувствовал нетерпение, которое буквально бродило мурашками под кожей, скатываясь комком в горле и заставляло напряжённо вглядываться в далёкий горизонт.
Глава 9
Больше тему, что в странном и жутком поведении морены никто не поднимал. Я же сама старалась не думать об этом, так как по-прежнему довольно скептически относилась ко всему этому. Всё-таки особо важной шишкой себя точно не ощущала.
