Лес полностью

– Хи-хи, – раздалось прямо у моего лица. А затем ещё и ещё, отражая звук от невидимых стен.

Я побежал, широко размахивая ногами, не смея смотреть назад. Да и что толку оборачиваться: в сгустившемся тумане я даже своё тело различал с трудом. В какой-то момент, мои ноги не выдержали нагрузки, и я споткнулся, чудом удержав равновесие. Только после этого, мне пришлось остановиться. Держать тело не было сил, согнувшись, я упёр руки в колени. Лёгкие пылали от нехватки кислорода. Если так пойдёт и дальше, после вскрытия в отчёте напишут: «задохнулся от глупости».

– А…ха…ха, – выдавил из себя я вместе с судорожным дыханием. И что, собственно, меня напугало? Чушь какая. Теперь я был уверен, что стукнулся головой, раз мерещится всякое. А подушка безопасности? Вот об неё и стукнулся! Она вон какая жёсткая. Это утешение меня совсем не обнадёжило, но хоть дыхание выровнялось.

Только я, по старой привычке, собирался тряхнуть головой из стороны в сторону, как мой взгляд притянул силуэт в канаве. Судорожно сглотнув, я подошёл к обочине. От неё, в кювет, уходила проторённая земляная дорожка, которая упиралась в водительскую дверцу автомобиля.

– Быть такого не может, – словно мантру повторял я. – Быть. Такого. Не может! Не особо соображая, как до этого дошло, я собрался спуститься и развеять дурацкий мираж. Ведь все знают, что если ты приблизишься к видению – оно исчезнет! Но новое потрясение не дало мне ступить и шагу. Так и оставшись стоять с одной поднятой ногой, я с ужасом наблюдал, как куча опавших листьев у машины, то поднимается холмиком, то отпускается. Вот холмик переместился, подбрасывая мокрые листья в воздух, и успокоился.

«Наверное, животное, ёжик», – успокаивал я себя. При этом, понятия не имея, живут ли ёжики в мокрой опавшей листве, да ещё и в канаве. А спячка у них, когда начинается? Аккуратно поставив ногу на место, я собрался предпринять вторую попытку спуститься вниз.

Множество холмиков из листьев, внезапно поднялись и потянулись неровными, бугристыми дорожками к подъёму из канавы. Не знаю, что напугало меня больше: увиденное, или невыносимо громкий шорох, заполнивший голову. Звук был похож на мешок с жуками, который трясут у тебя перед носом. Только вот он, вдруг, порвался, и все эти маленькие создания с мелкими лапками, заползают в твои уши, добираются до головы и шуршат прямо в мозгу.

Плотно прижав ладони к ушам, я закрыл глаза и закричал, так громко, как только мог. Но шум никак не унимался. Казалось, ещё немного, и моя голова взорвётся и разлетится ошмётками в разные стороны вместе с насекомыми. С трудом разлепив глаза, я увидел, как десятки дорожек из листьев, подбирались к выходу из канавы.

На ватных ногах, крепко обхватив голову руками, как можно сильнее затыкая уши, я рывками двигался вперёд. Лучше в тумане, чем здесь. Я шёл и шёл, не видя дороги. Казалось, прошла целая вечность. И, то ли туман стал рассеиваться, то ли вечерняя темнота наступала так неотвратимо и пугающе, но мне стало трудно различать даже свои ноги.

Вдруг, подо мной хрустнула ветка. Я оторопел и отнял руки от головы. Шум прекратился. Внезапно или нет, я не мог сказать. Только что он рвал мою голову на части, а сейчас я слышу… А что я слышу?! Уханье совы где-то вдалеке, слабые шорохи, скрипы и треск со всех сторон. Сделав шаг в сторону, я резко налетел на дерево.

– Что б тебя!

Аккуратно вытянув руки перед собой, шагая на ощупь, я медленно пошёл вперёд. Спроси меня сейчас кто-нибудь: «куда я иду?», я бы, не задумываясь, послал любого по известному адресу. Так как был весь на нервах.

Изболевшиеся глаза начали привыкать к окружавшим сумеркам. На деле, оказалось не так уж и темно. Сначала, мне почудилось, что меня окружили какие-то великаны, но, спохватившись, я вспомнил про телефон и быстро достал его из кармана.

Не глядя на время, включил фонарик. О, то были совсем не великаны! Со всех сторон меня окружали деревья. Под ногами был вовсе не асфальт, а месиво из листьев, веток и пожухлой травы. Оглядевшись по сторонам, я понял, что каким-то образом забрёл в лес. Насколько я помню, по обеим сторонам от дороги, тянулись овражки, как тот, в который я съехал. Как я мог спуститься в канаву, не заметив этого? Будучи не в себе, я бы поскользнулся на мокрых листьях и расшибся, с моим-то везением. Единственным логичным объяснением было то, что где-то дорога всё-таки ровнялась с лесом.