Вообще придумка о Архо Меде сильно выручала его в том прогрессорстве, которое он проводил. На все неудобные вопросы он мог с честным взглядом своих синих глаз отвечать, что вот именно эти темы он пропустил или не запомнил. Какой спрос с мальчишки, если на момент обучения ему было зим семь или восемь? Самым настырным просто говорил, что именно так, как предлагает им Ольт, думал и делал сам непогрешимый Архо Мед и все вопросы сразу отпадали. Авторитет великого ученного, старательно поддерживаемый и раздуваемый Ольтом, поднялся до небес и уже никем не оспаривался. Были даже очевидцы, обычно среди бывших бродяг, которых было немало между наемников и охранников каравана, и которые встречались с легендарным Архо Медом где-нибудь на бесконечных дорогах Эдатрона. Ольт не возражал и даже поддерживал эту версию, говоря о том, что неугомонный путешественник немало побродил по стране, прежде чем осесть в глухих дремучих лесах на севере.
Потом проведать больного обычно приходил Карно со своими сотниками, а дружина выросла до таких размеров, что полусотники стали сотниками, а шум стоял, как во время боя. Впрочем, бои и происходили, только словесные. Ольт, пользуясь сказкой о Архо Меде, рассказывал и показывал им древние сражения, рисуя на своей доске схемы расположения войск и амуницию и вооружение римлян и греков, монголов и рыцарей, персов и древних египтян, заставляя Карно и сотников только удивляться универсальности знаний ученого. Он учил вояк думать, а как бы они поступили на месте Македонского или Ганнибала, Чингиз-хана или Карла Великого. Причем, мягко и тактично задавая вопросы, вынуждал думать не только о тактике, как выиграть сражение, но и уметь размышлять стратегически, о том, как выиграть войну. Тогда Карно и три сотника поднимали такой хай, с хватанием за меч и потрясанием кулаками, что в первый раз, когда это случилось прибежала встревоженная Истрил и быстро показала им и тактику, и стратегию. Им еще повезло, что в это время она мыла полы, а не катала тесто на лапшу, потому что мокрая тряпка по убойности не идет не в какое сравнение со скалкой. А мокрые лица… Так не сахарные, не растают.
Кстати сахар здесь он увидел впервые, когда ему, как больному купили и принесли три маленьких мутных кусочка чего-то коричневого и липкого, для чего Бенкас, заплатив большие деньги, специально делал заказ попутному каравану в центр провинции город Крайвенск. Когда Ольт увидел это чудо, то надолго задумался. Но потом, что-то решив, плюнул и оставил этот вопрос до весны. А Карно и его сотники с тех пор у него в комнате разговаривали яростным шипящим шепотом. А что делать? Эмоции-то зашкаливают, а выйти никак - главный эксперт пластом лежит и никак не транспортабелен.
Труднее всех в этом случае пришлось Леко, который тоже уже был сотником. Его раны, хоть и многочисленные, и болезненные, но не задевшие никаких важных органов, не позволяли ему сильно напрягаться, а ему непривычно было, с его гулким басом, говорить вполголоса. Наверно потом, так как Ольт был уверен, что их споры наверняка продолжаются и за стенами его дома, он отыгрывался по полной, но в комнате сидел молча, лишь страдальчески морщась, когда оппоненты несли, по его мнению, явную чушь.
Как-то среди прочих его навестила Гэла, которая вместе со всем ее выводком оказывается переехала в Карновку, соблазнившись отдельной избой и «вдовьей помощью», как окрестили местные жители золотой, выдаваемый Брано вдовам при потере кормильца. Она сильно смущаясь поблагодарила его за помощь, пожелала скорейшего выздоровления и на прощание передала хороший такой, здоровенный кусок копченной сомятины и пригласила на рыбалку. Оказывается, она раз в две недели ездила ловить рыбу, только не в город, а в другое место на реке, которое нашла сама и которое было гораздо ближе. Смущаясь, похвасталась новыми крючками, сделанными из стали, которые ей подарил приехавший вместе с ней в Карновку узелковский кузнец Стино Звон и сейчас находившийся в учениках у мастера Кувалды. Он бы тоже пришел, но непонятно почему стесняется. Она тоже стесняется, но долг благодарности обязывает. А вообще-то она сильно занята и почти постоянно находится на промысле или, в свободное от рыбалки время, занимается копчением улова, построив на своем участке коптильню по его советам. Дела шли хорошо, рыба уходила влет в самой Карновке, а она еще возила ее в Узелок. Ольт конечно же ответил согласием на рыбалку.
