Тело взвивается в воздух и обрушивается на орущих людей. Второе тельце, поменьше – в сторону. На соседнее дерево.
Держи тварюгу, уйдет…
Бег, безумный бег…
Я был послушным мальчиком, Энедика. Но это меня ни от чего не спасло…
И снова – запах перегара и кислой капусты.
– Ты мою мать не трогай.
Мой голос, удивительно, я думал, что смогу только рычать. Не забывай поддерживать оптические чары на лице и в особенности на глазах.
Кожа на скулах натягивается в улыбке. Жесткой, от которой стало больно лицевым мышцам и свело челюсть. Это была не улыбка – это был оскал, жуткий оскал загнанного в угол зверя.
Крон открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть запрокинутое лицо Владислава и отблеск собственной улыбки на этом морщинистом лице – ужас, невыразимый, животный ужас.
И запах, слабый, которого никогда не почувствует человек, но который погнал кровь в жилах мага в два раза быстрее. Запах страха.
О Водан, я же сейчас перегрызу ему горло…
Вот оно, раскрытое и беззащитное. Кадык трепыхается в нем, как пойманная в ловушку птица… Я люблю птичек… Они такие маленькие, теплые, мягкие… Аагррх… Расслабить челюсти. Открыть рот. Сказать что-нибудь…
Но Искандер опередил Крона:
– Режь!
Маг снова закрыл глаза.
– Но, Искандер, – пробормотал Владислав. – Нужна стерильность. Обезболивающее… Инструмент…
Что-то звякает, а вот и хорошо знакомый звук – водка плещется о стенки почти полной бутылки… Что-то холодное льется на…
Посмотреть, что они там делают, что ли?
Искандер посчитал, что двух бульков вполне хватит.
– Вот тебе стерильность, – сообщил он огорошенному хирургу.
– А это тебе обезболивающее, – сказал император и сунул в руку Крона бутыль, на треть еще полную водки.
Искандер оглянулся, взял со стола нож.
– А это – инструмент, – заключил он и вложил его в руку Владислава.
Размашистым движением император смахнул со стола тарелки и горшки.
– Но… – пробормотал медик, переждав грохот. – Я же пьян… Давайте завтра, в операционной, как положено… или еще лучше – послезавтра, я ведь с похмелья никакой буду…
– Не будет никакого послезавтра, Влад, – отрезал император. – Потому что завтра нападут сюрки, или сидхи, или еще кто-нибудь, тебе оторвет руку огненным шаром, а потом у мальца все сгниет! Сам же орал – «гангрена, гангрена»! Ты врач или где?
– Давайте хотя бы пройдем в операционную госпиталя, – сказал Владислав.
Секундная заминка, и Крон понял, что в госпиталь Искандер идти не хочет. Конечно, ведь в этом случае завтра весь лагерь будет болтать о члене имперского мага.
– Какая разница, где? Ложись, Крон! – приказал император.
Маг, не говоря ни слова, растянулся на столе, смахнул ногой уцелевший кувшин.
Дрожащий голос:
– Пошлите кого-нибудь ко мне в госпиталь за нитками, Искандер. Мало отрезать, надо потом зашить. Еще нужны иглы, мел и стрептоцид, пусть смешают порошок… Да я сейчас напишу…
– Пиши!
Перо царапает, рвет бумагу. Разводы на почерневшем от копоти потолке напоминают волны пепельного моря…
– И, если найдут кого-нибудь из магов – пусть приведут сюда, немедленно. Где это видано, чтобы пациент сам над собой колдовал во время операции…
Тяжелые шаги, набойки на каблуках цокают по каменному полу.
– Ординарец!
Прыгающий в руках хирурга нож.
– Крон, я сделаю продольный разрез, – Владислав бледен, но голос твердый. Лишь бы руки у него оказались такими же твердыми, как голос. – Я не могу сделать полноценное обрезание из-за риска несостоятельности швов, понимаешь? И мне будет нужна твоя помощь. У тебя в препуциальном мешке гной, инфекция. Нужно сначала вскрыть его, вылечить инфекцию, а потом уже делать циркумзицию. Я посыплю рану порошком, но боюсь, что этого будет мало…
Да он вообще трезв, как стеклышко! Или протрезвел от ужаса…
– А Искандер ведь потребует все и сразу. Когда я скажу, ты бросишь себе на головку члена самое мощное дезинфицирующее заклинание, которое знаешь. Или, – голос хирурга угас. – Ты таких заклинаний не знаешь?
– Знаю, Влад. Я боевой маг…
– Хлебни водки, и полей мне на руки. Примитивная дезинфекция… А потом начнем. Держись, будет больно все равно… А когда я скажу, применишь очищающее заклинание.
Водка здесь не поможет. Мне не удержать и маску, и обезболивающее, и дезинфицирующее заклинание – Кольцо Осмога, что ли, применить… Я ведь тоже пьян.
