Тем не менее довольно скоро его оптимизм начал иссякать. Майкл проверил каждый боковой проезд, ведущий к вершине холма. Некоторые из них петляли вокруг и, судя по всему, обрывались вблизи верхней точки этой гряды холмов. Ни одна из улочек не привела его к тому дому. К ее дому. После двухчасовых поисков Майкл все чаще стал бормотать себе под нос нецензурные ругательства. Он помечал на карте улицы, по которым проехал. В какой-то момент он оказался на тупиковой круглой площадке, очень напоминающей место, где жила Скутер, но нужного дома там не увидел и совсем растерялся.
Выключив мотор и положив ключи в карман, он со вздохом выбрался из машины. Вынул карту и разложил ее на капоте, наклонившись, чтобы получше рассмотреть, потом проследил свой путь, всматриваясь в названия улиц, в зеленые линии, обозначавшие его поиски.
«Восточнее, - подумал он. - Это должно быть дальше к востоку». Майкл провел пальцем по карте в сторону ее правого края. Потом отступил назад и огляделся, увидев повсюду на горизонте деревья. Да, к востоку; гряда, похоже, поднималась еще выше. Правда, трудно было оценить на глаз расстояние, потому что голубое небо начало темнеть, повсюду сгущались тени.
Майкла начала пробирать дрожь. Он огляделся и, прищурившись, стал всматриваться в деревья, растущие за столетним викторианским домом. В лесу было тихо. Листья в основном уже облетели. И все же его не покидало знакомое леденящее чувство - словно за ним кто-то подсматривает.
Он торопливо сложил карту и снова огляделся. Единственный путь отсюда - это отправиться вниз по той же дороге, по которой приехал. Похоже, он так и не нашел нужную улицу. «Но, может быть, я уже рядом», - попытался он успокоить себя.
Уже сидя в машине и заводя ее, он снова обратил внимание на то, что небо становится темно-голубым. До полной темноты было еще далеко, но гораздо ближе, чем хотелось бы. Дома ждала Джиллиан, чтобы вместе отправиться на ужин с Бобом Райаном Майкл пробежался пальцами по заросшему подбородку. Перед тем как, одеваться к ужину, надо будет побриться.
Пора ехать домой.
Обидно было бросать поиски, но он считал, что время потрачено не впустую. Карта показывала ему, где он побывал, а где - пока нет. Живот у него уже давно подводило от голода. Вот веская причина вернуться домой и приехать сюда как-нибудь в другой раз. Но в глубине души он знал настоящую причину. Сейчас деревья бросали на дорогу длинные тени. Ночь могла оказаться коварной, подкравшись к долине на кошачьих лапах. Темнота способна быстро поглотить день, не дав опомниться. Такое это было время года; ночь наступала все раньше.
Да, пора домой.
Но только в этот раз.
Он думал о том, что день прошел без всяких странных происшествий. Встреченные по дороге знакомые ориентиры служили неоспоримым доказательством того, что события предыдущих выходных действительно имели место, и поэтому Майкл был совершенно уверен в том, что страдает навязчивой идеей. Психиатр мог бы, конечно, оказаться полезным, но если он сам найдет тот дом и девочку, это поможет ему со временем избавиться от наваждения.
Он ее разыщет. И тот дом тоже.
Майкл был не тем человеком, чтобы, затеяв что-то, быстро отступить. Раз или два во время поисков ему в голову приходила странная мысль о том, что дом, возможно, не хочет быть найденным. Забавно, что могут сделать с человеком два часа сна.
Нет, Майкл отыщет этот дом. Он найдет ответы на все вопросы.
Джиллиан смотрела, как за окнами поезда проносится мир. Она любила осень, особенно в сумерки. В мелькающих окнах зажигались теплые огоньки, а из труб многих домов тянулся дымок. Ей казалось, она улавливает чудесный аромат горящих дров, придающий особую прелесть прохладному вечеру. Иногда им с Майклом нравилось в такой вечер сидеть на крыльце дома с чашками горячего шоколада в руках, вдыхая дымок из труб и глядя на звезды.
Она невольно вздохнула, а потом плотно сжала губы. Ее очень тревожил Майкл Джиллиан не сомневалась в том, что его тревога и галлюцинации не могут объясняться только подмешанной ему в пиво дрянью, что бы это ни было.
Хотя уж лучше бы все это было результатом отравления. Ей не хотелось думать о том, что Майклу нужен психоаналитик. Конечно, никакого стыда в этом нет, просто галлюцинации - серьезная проблема. Джиллиан надеялась, что на мужа подействовала совокупность факторов: стресс, перенапряжение на работе, да еще какой-то придурок, опоивший его. Джиллиан заготовила дюжину коротеньких речей для убеждения самой себя в том, что все это ерунда. Что обо всем позаботятся врачи. Майкл совсем скоро выздоровеет - душой и телом.
Но все это было никчемным лекарством против страха, разгоравшегося в ее душе при мысли о том, что с мужем происходит действительно что-то ужасное. Одна мысль об этом была невыносима. За всю жизнь ни один человек не понимал Джиллиан по-настоящему, не пытался узнать до конца - не важно, был ли он на это способен или нет - за исключением Майкла.