Поднялись, по тропинке в лес вошли, Женя посмотрела сквозь сосновые ветви на небо, вдохнула полной грудью настоянный на хвое и запахах сырой земли воздух. Хотела было уже что-то сказать, как Наташа, замерев, быстро прикрыла ей ладонью рот – молчи!
Тут и Женя поняла, в чем дело. Они услышали тихий скрип. Ритмичный.
– Качели? – догадалась Женя, промычав через ладонь подруги.
Наташа кивнула. Потом отпустила Женю.
– Кто-то качается на качелях. Извращенка!
Они пошли на звук, и вскоре перед ними предстала окруженная высокими старыми соснами мрачноватая поляна, в которую с трудом пробивались солнечные лучи. Справа на качелях раскачивалась девушка в пестром летнем платье и белых кедах. Слева портила всю идиллическую лесную картину змеевидная желто-черная баррикадная лента, ясно показывающая посетителям леса, где еще недавно находился труп.
Девушка, увидев Женю с Наташей, вскрикнула и притормозила пятками движение, качели прекратили издавать скрип. Ее лицо выражало ужас.
– Вы кто? – она поспешила спрыгнуть с качелей и начала пятиться в лес.
– Дед Пихто! – грубовато отозвалась Наташа. – Покачаться пришли…
Надежды на то, что она придет, не оставалось. Юрий шел по гостиничному коридору и говорил про себя: «Нет надежды на Надежду». После всего, что произошло, во-первых, он удивлялся тому, что его отпустили, во-вторых, что он еще не сошел с ума. Столько всего навалилось! Чертовщина какая-то! Несуразица! И как он посмотрит ей в глаза? Хотя… А в чем он перед ней виноват? В чем?
Он остановился в нерешительности перед дверью. Точно. Это была самая настоящая нерешительность, граничащая с трусостью. Вроде не виноват, но, с другой стороны, косвенно виноват.
Постучал. Тихо. И дверь тотчас распахнулась. И он, уже успевший привыкнуть к тому, что здесь, на пороге, его всегда встречали жаркими объятиями и любовью, зажмурился! Он и сам не ожидал от себя такого. Зажмурился, словно боялся, что его ударят. Или просто боялся увидеть ее заплаканное лицо? Лицо, которое он так любил, такое нежное, с горящими влюбленными глазами.
И открыл он их через мгновение, когда почувствовал, что его обнимают. Даже крепче, чем прежде.
– Господи, ты пришел… – зашептала она ему на ухо, втаскивая его в номер. – Думала, ты не придешь.
У него от сердца отлегло. Любит. Ждала. Это ли не счастье? Да еще и при таких обстоятельствах?!
Но сил ответить ей на любовь или хотя бы поцеловать ее у него не было. Хотелось ясности, какой-то человечности, понимания и, главное, доверия.
Они сидели друг напротив друга в креслах. Не лежали в постели, как было бы раньше.
– Юра, пожалуйста, – только правду, – она положила руку себе на грудь.
– Конечно. Господи, я так боялся, что ты не придешь сюда… Просто с ума сходил.
Она вдруг опустилась на ковер, обняла руками его колени и положила на них голову. Она ждала правды.
– Я не буду задавать вопросы, просто рассказывай все, что считаешь нужным.
– Хорошо, Надя. Твоя сестра позвонила мне и попросила о встрече.
– Лида?! – Надя резко подняла голову.
Услышанное никак не усваивалось, не понималось.
– Вы что, были с ней знакомы?
– Нет. Я и сам удивился. Но если поначалу недоумевал, ну, первые несколько минут, то потом догадался, о чем она хочет со мной поговорить. Короче, она назначила мне встречу неподалеку от нашего офиса, ну, ты знаешь, это кафе…
– Там? Где мы с тобой обедаем?
– Ну, конечно. Был рабочий день, она предполагала, что я буду на работе, и, вероятно, хотела успеть поговорить, чтобы не слишком меня отвлечь.
– Она хотела поговорить с тобой о Занозине, верно?
– Да. Нетрудно было догадаться.
Надежда вздохнула с облегчением.
– Я боялась, что у вас роман.
– Надя, да какой еще роман? О чем ты?
И в эту минуту губы его предательски сложились в слабую улыбку: он вдруг понял, что она имеет в виду. Разве можно забыть, как они сами познакомились, как быстро сблизились, несмотря на то, что у него была невеста, а у нее – муж. И так все легко случилось. Вот и сейчас, думая о покойной сестре, Надя предположила, что точно так же, с такой же легкостью и страстью, он мог бы стать любовником ее сестры.
– И что? Ну вот она пришла в кафе и?..
– Она сказала, что нам с тобой надо расстаться. И что ты сама на это не решишься, поскольку любишь меня, и поэтому она решила вмешаться и поговорить со мной. Попросить, чтобы мы расстались.
– Лида… ну как она могла так поступить? Чтобы ты знал: поначалу она была на моей стороне и даже дала мне свой телефон для связи с тобой. Но потом у нее что-то замкнуло, и она решила, что так дальше нельзя. Что она видит, как страдает Виктор, и что сердце ее обливается кровью. Возможно, она была тайно влюблена в него, ну или просто сильно уважала. Она и мне тоже говорила об этом, мол, пора прекращать уже наши с тобой отношения. Но как она нашла тебя?
– Думаю, в наше время это вообще не проблема.
– И? Что дальше? Вы договорились встретиться с ней в лесу? Ты серьезно? – До нее вдруг словно только что дошло, что речь идет о свидании в лесу, что труп сестры обнаружили в Сапроново.
