Она не была уверена, что поступает правильно. Но и другого варианта уже не было.
Надежда, не выпуская из рук сигарету, поднялась. Щеки ее горели, глаза блестели.
– Юра, скажите, с кем из сестер вы встречались, с Надеждой или Лидией?
Агневский смотрел на Надежду, не мигая. У него поднялась температура, ему было нехорошо. Он медленно повернулся к сидящей радом с ним Насте.
– Какая же ты… сука… – И, глядя уже на Женю: – Женя… Во многом вы правы, только мы с Лидией встречались не в кафе, как вы говорите, а в сквере, на лавочке. Она сама назначила мне встречу и попросила, чтобы я бросил Надю… И она на самом деле произносила слова «надо расстаться», «муж» и все в таком духе.
Настя сидела как каменная. По щекам ее текли слезы.
– Ты понимаешь, дура, – наконец взорвался Юрий, – что убила ни в чем не повинного человека! Я встречался с Надей, Надей! Что ты наделала? Отравила ни в чем не повинного, повторяю, человека. Человека, который согласился помочь мне, хотя я-то ей – никто! Просто она оказалась таким вот человеком, который всегда готов прийти на помощь! Поехала с тобой в лес, чтобы увидеть какой-то там мой приступ… невероятно! И как ты отравила ее? Когда?
– Мы отъехали, я предложила остановиться, сказала, что у меня есть кофе… И напоила ее этим кофе. Я думала, что она и есть твоя любовница. А то, что она согласилась поехать со мной, лишний раз подтвердило, что она тебе не чужой человек. Юра, я ошиблась, ошиблась… прости меня…
Она была уже не в себе. Ее руки ходили ходуном.
– Когда ты надела на мою сестру это дурацкое платье? – прохрипела охваченная злостью Надя, бросаясь к Насте. Журавлев едва успел остановить ее. – Когда? Когда она была жива или мертва? А куда ты дела ее вещи, туфли, сумку?! Сожгла? Выбросила в первый попавшийся мусорный контейнер?
Настя зажмурилась. Замотала головой.
– Я на самом деле хотела подложить в лес манекен, куклу в белом платье… Но потом, когда женщина умерла… Я подумала, что так будет еще лучше, страшнее…
– У нее было имя, ее звали Лида, – сказал Занозин, уводя жену на место. – Пойдем, Надя. Успокойся. Выпей. Борис, я так понимаю, что вы тут самый главный. Скажите, в вашем доме есть водка?
Борис нашел взглядом стоящего в самом конце террасы возле мангала водителя Юрия Петровича, сделал ему знак, тот метнулся в дом и вернулся с двумя бутылками водки.
– Налейте ей, – приказал Занозин, кивая на Настю.
Она выпила и сдавленным голосом принялась рассказывать:
– Когда она умерла, а это случилось в машине, я приехала в лес, уложила ее на одеяло, чтобы легче было тащить, и подтянула наверх, я очень волновалась, боялась, что меня кто-то увидит… И спешила, потому что через полтора часа там должен был появиться Юра. Больше всего я боялась, что он приедет раньше назначенного времени. Но я успела. В лесу я раздела женщину, ну, эту Лиду, переодела в это платье, которое сшила… Ужасное платье, это точно… И уложила под ветви, присыпала хвоей… Потом уехала.
– Ты понимаешь, что сошла с ума? Настя… Это не у меня были проблемы с головой, а у тебя! Это у тебя крыша потекла! На что ты надеялась? Что мне, когда я увижу труп, станет еще хуже? Но я-то думал, что ты любишь меня и хочешь, чтобы мы поженились.
– Да, я и теперь люблю и хочу. Да, я сделала все это, но потом решила, что мне надо просто все забыть. Мне вообще иногда казалось, что всего этого не было, что мне просто приснился страшный сон… И это я подложила кусок ткани в швейную машинку Лили и сообщила об улике. Лиля – неприятный человек… Я даже обрадовалась, что ее арестовали. Она никогда не любила тебя. Она вообще никого не любит, кроме своего Бориса…
– Ее не арестовали, она у родителей, мы ей все объяснили… – подал голос Журавлев.
– Но тогда к чему все это? – возмутился Юрий. – Что за балаган вы здесь устроили, господа следователи и адвокаты? Что это за методы у вас такие? Зачем придумали какую-то Машу?!
– Между прочим, господин Агневский, – Женя бросила на него тяжелый взгляд, – вы с самого начала водили следствие за нос, твердя, что не знаете жертву, что с ней незнакомы…
– И все-таки, зачем придумали вторую мою невесту, поставили меня в такое положение… Я чуть не умер.
– Парень, ты что, совсем с головой не дружишь? – с презрительной миной бросил доктор Занозин. – Да если бы не сказали, что пойман настоящий убийца, Лиля или кто-то другой, разве заманили бы сюда Настю? Насте твоей лечиться надо.
– Хорошо еще, что никто не догадался спросить, где находится Маша… – покачала головой находящаяся под впечатлением происходящего Валя-Вика. – Юра, куда я вообще попала? Что это за дурдом? Как ты вообще мог связаться с этой ненормальной?! Ты что, не видел, какая она?
Ребров с Журавлевым отвели невменяемую, бледную Настю и заперли в комнате для гостей. Вызвали полицию.
Юрий Петрович, который все это время провел возле раскаленного мангала, по знаку Жени принес блюдо с дымящимся мясом.
Борис оглядел всех присутствующих, поднял бокал:
