Фрицы, забрав дань и кое-что сверх запрошенного, поехали на север — так было ближе к Себрице, где располагался штаб батальона. Лейтенанту устроили вздрючку по всем правилам и пригрозили перевести прямо к фронту. Дороги патрулировать под русской бомбёжкой и артобстрелом. Это же умудриться нужно, чтобы потерять грузовик и четырнадцать человек, включая двух спецов (огнемётчика и сапёра). И никого не найти! Слух о "леснике" — так и не проверен, значит нужно снова кого-то отправлять. Ну не целый же батальон снимать со службы, чтобы устроить облаву?
Впрочем наверх пошёл доклад о "незначительных жертвах и массовом минировании", сдобренный сказочкой о леснике, которого скоро уничтожат своими силами. В принципе, можно было бы создать эдакую ягдкоманду из охотников среди жандармских офицеров и добавить комбинированный взвод, состоящий лишь из унтерофицеров. Какие диверсанты устоят против столь элитного подразделения?
Высокому командованию было не до лесных разборок — русские войска никак не хотели оказаться в котле под Белостоком. Созданная конно-механизированная группа двинулась к Скиделю, чем обеспечила выход из окружения частей 3-ей армии. Мало того, за ними последовал целый мехкорпус 10-й армии. Не могла же на русских военачальников повлиять радиопередача перед войной о хитростях Г.Гота, рванувшего после Литвы в тыл Западного фронта?
А в Москве чуть поспокойнее вздохнули, узнав что практически все переправы через Неман уничтожены при отступлении. Это позволило задержать всю группу армий "Север" и перегруппироваться. Жукова, от греха подальше, отозвали в Москву для дополнительных консультаций и указаний. Таинственный "ночной голос" предупредил о том, что представитель Ставки погибнет под Дубно при ночной бомбардировке. "Целее будет", — принял решение Сталин.
Поиском новых закромов пришлось заняться лично — старшина получил задание вести слежку за дорогой от хутора до моста. Важно разобраться с реакцией фашистов на диверсии, естественно, не приближаясь и не беря языков. Лёгкое поверхностное наблюдение, без фанатизма!
Карта увела километров на двадцать к югу от аэродрома в какие-то совсем буреломно-болотные чащобы. Хотя и с еле проходимыми маршрутами, явно искусственного происхождения. Одна незадача — возле предполагаемого места сидели двое в камуфляже и нагло попивали чаёк. Так как будто им здесь мёдом намазано и никаких лесников не существует. Правда, кама была скорее российской, чем фашистской, что настораживало. Неужели прислали группу захвата? Какой смысл? Или Тихий прокололся и Межова ищут? Тогда какого хрена они не прячутся? Как будто на живца ловят, только положить обоих труда не составит, а вокруг пока чисто, охотники не чувствуются. Диверсант пользуется всеми средствами, включая интуицию и шестое чувство. Всё это усиливается с каждым годом и отшлифовывается само собой — тот, у кого соответствующей тямы нет, быстро погибает.
Ну вот, один повернулся в Генкину сторону, теперь хоть морду лица можно рассмотреть. Пусть не подробно, но… Странно, сидит Тёмка Рыбаков и кажется улыбается — неужели сам чувствует на таком расстоянии? Не, Межов его гонял до потери пульса, когда готовил молодых, должен чувствовать начальство всеми фибрами! И как быть, не может старлей подставить, не та ментальность? Заразы, блин, придётся вскрываться. Тем более, если здесь целая группа — всё равно выловят, а то и грохнут. Не сегодня — так послезавтра! Чудес на свете не бывает, а дальше Антарктиды всё равно не убежишь.
Ну вот и молодцы, спокойно сидят, не дёргаются, руки на виду — значит разговор будет, а не пляски со стрельбой.
— Здравия желаю, товарищ майор, а мы с Андрюхой к вам на подмогу приехали.
— Ага, с билетом в один конец, — с радостью подтвердил ещё один старлей, Андрей Локтев, — нас Тихомиров прислал.
Что за хрень, Слава опять чего-то навертел, вообще шарики с роликами грызутся и запутываются в голове?
— Толком говорите, а то я не догоняю.
Объяснение было простым — парни сами согласились уйти в прошлое. Комфорт двадцать первого века не смог пересилить одиночество и тягу к приключениям. Ну не видели они себя на гражданке среди демократов и гуманистов, а служить просто устали. Слишком насыщенная жизнь оказалась, надоело бесконечно воевать неизвестно за что. На "югах" по крайне мере понятно с кем бьёшься, а в Африке или в Латинской Америке какую Родину защищаешь? Вот подполковник и организовал им командировку, заодно и послание передал.
Оказывается, ситуация с установкой гораздо проблемнее оказалась — чёртовы умки уже были близки к варианту с переносом не только во времени, но и в пространстве! Удобное и лёгкое проведение терактов — закинул заряд куда нужно и свалил без проблем. Межов охреневал от таких откровений, думая, что и сам грохнул бы это "открытие" вместе с любителями нобелевских премий.
— А чего Тихоня мне не сказал, я бы ему помог!
— Геннадий Алексеич, вы же себя знаете. Товарищ подполковник боялся, что вы, наоборот, помешаете ему ликвидировать устройство. Государственное дело, как-никак!
