— Что это? — резко спросил я у Спинка, хотя в уме уже начал складывать кусочки головоломки.
— Я пошел к Карсине. Мне было непросто встретиться с ней, поскольку не меньше двух десятков женщин пришли охранять ее и выражать ей сочувствие. Еще труднее было поговорить с ней наедине. Я сделал вид, что хочу в подробностях знать, что ты ей сказал и чем ее оскорбил. Она превосходная актриса, Невар. Она рыдала, заикалась и обмахивалась веером, пока я не отослал ее горничную за стаканом воды. А потом я прямо ей сказал, что мне известно, кто она такая и кто ты такой, и что я даже видел многие письма, которые она тебе писала, пока ты учился в Академии. Я сказал ей, что ты их сохранил и предъявишь, если дело дойдет до трибунала, чтобы доказать, что ваше знакомство дает тебе право заговорить с ней на улице. Мне кажется, при этих словах она была близка к настоящему обмороку.
Спинк рассказывал это с усмешкой, и я заметил, что и сам улыбаюсь ему в ответ.
— Я сказал, что, если она хочет прекращения скандала, она может просто выполнить твою просьбу и дать мне конверт с адресом твоей сестры, написанным ее рукой. Я заверил ее, что больше тебе ничего от нее не нужно. Когда горничная вернулась со стаканом воды, Карсина тут же отправила ее за ручкой и бумагой, и я покинул их дом с конвертом в руках. Кроме того, при ее горничной я предположил, что все это было ошибкой. Я, мол, поговорил с тобой, и ты сказал, что лишь спросил ее имя, поскольку она напомнила тебе женщину, которую ты прежде знал. Она едва слышно согласилась со мной. Уверен, я оставил ее в незавидном положении, ведь она с такой яростью поливала тебя грязью, что теперь ей будет непросто взять свои слова обратно. Но думаю, страх перед собственными письмами не даст ей и дальше рассказывать про тебя мерзости. Не могу сказать, что это восстановит твое доброе имя, но, полагаю, Карсина его очернять больше не осмелится.
Я оторвался от письма, которое держал в руках. Пока он говорил, я просмотрел его еще раз. Я не сомневался, что Карсина вставила туда упоминания о будущем муже для того, чтобы уязвить меня. Я был удивлен, поняв, насколько мало это меня беспокоит.
— Честно говоря, у меня действительно есть ее письма. Они лежат в моем дневнике вместе с остальными бумагами. — Я облегченно вздохнул. — Спинк, я не знаю, как тебя и благодарить. Как ты ловко ее обработал. Предъяви я ее письма, и, уверен, ее помолвке с капитаном Тайером пришел бы конец. Сомневаюсь, что она сделает или скажет что-то, способное причинить такой ущерб ее репутации.
Он отвернулся.
— Сказать по правде, сначала я чувствовал себя паршиво. Но едва я начал угрожать ей разоблачением, ее хорошенькие губки сразу же перестали дрожать. Клянусь, она мечтала в меня плюнуть. Я знаю, что ты был в нее влюблен, Невар, но, думаю, она оказала тебе услугу, разорвав помолвку. Не могу себе представить, чтобы ты был до конца своих дней связан с такой женщиной.
— Я тоже, — пробормотал я.
