Жили мы прошлый год в деревне на Урале. Домик наш стоял на самом берегу реки Камы. И все лето стайки плавунчиков плавали у нас перед глазами, - прямо из окошек видно. Сегодня плавает стайка, а завтра исчезнет. Пройдет два-три дня - другая стайка появится. И так все лето.
Сынишка мой говорит:
- Вот бездельники! Другие птицы - все на гнездах, птенцов выводят. А эти ничего не делают, только в чехарду на воде играют все лето. Наверно, это петушки: красивенькие такие, яркие. У всех птиц самцы красивей самок. Наш Петька вон какой франт, а курочки серьенькие.
Я ему объяснил, что он ошибается. У плавунчиков как раз наоборот: петушки сереьнькие, а курочки - франтихи, ярко одеты. Далеко на севере, в тундре, весной курочки снесут в гнезда яйца - и до свидания! Улетают;
Петушки одни на гнездах сидят, детей выводят, потому учат их, как жить. А курочки-франтихи все лето по всей нашей стране летают, путешествуют себе с места на место.
Сынишка мой говорит:
- Это просто какие-то птички шиворот-навыворот! А все-так я их шибко залюбил, потому что они меня не боятся. Будто знают, что я их не трону и плохого им не сделаю. Хорошие они.
- Очень хорошие, - согласился я.
И вот раз утром прибегает мой сынишка домой с Камы. Он рыбу ходил удить на реку.
Прибегает и говорит:
- Смотрите, кого я принес.
Лезет себе за пазуху, вынимает оттуда живого плавунчика и пускает его на пол.
- Я, - говорит, - сидел на берегу с удочкой. Вдруг две вороны летят. Кричат, каркают. А впереди них, смотрю, какая-то маленькая птичка мчится. Вороны ее ловят, схватить хотят. Она из стороны в сторону бросается, кричит.
Увидела меня - и прямо ко мне. Примчалась - и в ноги мне. И сидит.
"Туик!" - говорит. Я сразу понял: "Защити меня!" - просит.
Ну, я на ворон удочкой замахал, закричал. Они покружились, видят - со мной им не справиться, и отлетели.
Я нагнулся, взял плавунчика в руки. Он и не думает улетать. Я удочку смотал - домой с ним. Вот он - видите, какой...
Плавунчик ходит себе по избе, нас ни чуточки не боится.
Думали мцы, думали, что с ним делать? Конечно, такая милая птичка радость в доме. Но чем ее кормить? И ведь плавать ей надо. Держать дома трудно.
Решили выпустить.
В деревне-то, конечно, нельзя выпускать: тут кошки, собаки и те две вороны. Решили плавунчика отнести подальше.
Сынишка наклонился, взял его в руки.
Он ничего, - пожалуйста! Точно век с людьми в избе жил.
Пошли мы с сынишкой за околицу, через поле, в лес. В лесу, среди вырубки, знал я такую большую яму с водой. Тины там, корму всякого птичьего много было. Днем туда разные кулики прилетали покормиться, а на ночь - утки.
На этой яме мой сынишка и выпустил плавунчика.
Плавунчик порхнул в воду, пискнул нам два раза: "Туик, уик!" - вроде, значит, "спасибо" сказал, "до свиданья", - и, как ни в чем не бывало, принялся жуком кружить по воде, пить и есть.
Долго мы стояли с сынишкой, любовались им. Наконец я говорю:
- ну, пойдем. Мама давно уж, верно, нас с обедом ждет. А плавунчик забудет нас, улетит отсюда на Каму - к своей стайке. Птица вольная, - ей так хорошо.
Ушли мы. Но я гшибся: плавунчик не улетел и не забыл нас.
Через два дня пришли мы с сынишкой на эту яму: уток я хотел настрелять. Спрятались в елушках на берегу.
Уж солнце за лес село. Тут вдруг что-то мелькнуло у нас над головой и видим: плавунчик наш на воду садится!
Я высунулся из елушек, машу на него рукой:
- Кыш, кыш, улетай отсюда скорей!
А он посмотрел на меня, "туик!" - пискнул, вроде "здравствуй" сказал, и плывет к нам.
Подплыл и у наших ног кувыркается, тинку со дна носом достает закусывает.
Сынишка говорит:
- Пойдем-ка, папа, домой лучше. А то еще ты моего плавунчика вместо утки подстрелишь, как стемнеет.
Так и ушли, ни разу не выстрелив.
И больше уж не пришлось мне на этой яме охотиться: плавунчик наш привычку взял каждый вечер сюда прилетать. Плавает среди уток, кружит по воде, - ну как тут стрелять: дробь разлеоится, - ненароком и его заденет.
Пришла пора - с севера, из тундры, прилетели стайки серьеньких плавунчиков: петушки со своими воспитанниками - молодыми.
Поплавали немножко на Каме все вместе - с франтихами-самочками. И исчезли.
Это они в свое осеннее путешествие отправились - на зимовки. А зимовки у них в далеких жарких странах - в Индии, в Индо-Китае и еще дальше.
Улетел с ними и наш плавунчик.
Но весной он опять прилетит.
И, пожалуйста, ребята, если где встретите его или других плавунчиков, - не трогайте их, не пугайте! Они ведь совсем беззащитные и, главное, очень уж верят людям.
А ведь так приятно, так хорошо на душе становитя, когда в тебя крепко верят и ждут от тебя только хорошего.
Особенно, когда так в тебя верит беззащитное маленькое существо.
Пусть хоть птичка.
ЛУПЛЕНЫЙ БОЧОК
Думаете, все зайцы одинаковые, все трусы? Нет, зайцы тоже разные бывают. Спросите вот моего сынишку, какого мы раз поймали скандалиста.