Все, что только пожелаешь, — строить БАМ и возводить новые города, добывать уголь, руды, промывать золото, рубить лес, ловить зверя и рыбу, разводить скот и птицу, выращивать сады, зерно, овощи, сою, сплачивать лес в морские сигары, водить теплоходы, поезда и самолеты, делать умные машины, — все, к чему тебя только манит, ты найдешь в нашем обширном и интересном крае. Жизнь края по-настоящему только и началась после Великой Октябрьской революции. Но и до нее он манил к себе людей смелых, энергичных, с крылатой мечтой в сердце. Сюда шли землепроходцы-первооткрыватели, ученые и пахари вольных земель. Здесь, на краю нашей Отчизны, в боях с врагами выросла плеяда выдающихся полководцев, прославивший силу советского оружия и доблесть советского солдата.
Но история — это не дань прошлому, а та благотворная почва, на которой расцветает жизнь последующих поколений. Ныне ее творят тысячи лучших представителей рабочего класса, колхозного крестьянства и интеллигенции, в рядах которых найдется и тебе место, молодой читатель. Возможно, что на первых шагах придется трудно, коснутся заботы — не унывай. Трудности приходят и остаются позади, но они имеют еще одно свойство — обогащать и закалять людей мужественных.
Многое можно рассказывать о нашем крае, но лучше всего увидеть его красоту и величие своими глазами. Вот почему я обращаюсь к вам, молодые читатели, — оставайтесь в нашем крае, приезжайте сюда, в край молодости и романтики, где больше нехоженых троп, где ближе к человеку природа, где кипучее жизнь!
В этой книжке я предлагаю вам свои небольшие новеллы и очерки, написанные по первому впечатлению от близкого общения с родной для меня природой Приамурья.
А в т о р
Весной, когда после долгих зимних холодов налетят вдруг теплые ветры с юга, лес шумит по-особенному. Еще стволы, сучья не оттаяли, еще корни спят в мерзлоте под глубоким снеговым покровом и их не коснулось теплое дыхание весны, а ветер уже треплет, мотает дерево, как старая сварливая жена пьяницу мужа за космы: да проснись же наконец, за работу пора…
Хорошо в такое время посидеть где-нибудь в затишке среди частого березника, на солнцепеке, облюбовав для этого пенек или валежину, и побыть наедине с весной.
Чистые, фарфоровой белизны, прямоствольные березы образуют вверху живую ажурную вязь ветвей, рассеченную коричневыми штрихами ниспадающих тонких и гибких веточек, уже оттаявших для жизни. Вязь живую, потому что вверху с победным торжествующим гулом катится могучий поток ветра, колышет деревья, и макушки их ходят живыми волнами, напоминая чем-то и накат воды на неприступный берег, и трепещущие, рвущиеся вдаль паруса кораблей, непонятно почему поставленных на вечный прикол.
Смотришь снизу и поражаешься, с какой настойчивостью старается весна пробудить все живое, освободить природу от зимнего оцепенения. При этом я каждый раз вспоминаю, как будили меня после тяжелой операции: вот так же трепали по щекам, вертели мне голову, стараясь вырвать из-под власти клейкого наркоза. Наверное, столь же мучительно пробуждение каждой березки, мучительно от ожогов и морозобойных трещин, от того, что придется долго залечивать раны, нанесенные за зиму. Но это муки обновления. В них — мужество природы, пробуждающейся для продолжения жизни.
Бывает, что над вами по голубой, глубокой, как терракотова бездна, лазури неба вдруг косо промчится коршун с распластанными крыльями: он тоже вестник весны. Или посреди шума вдруг услышите, как простучит по сушине дятел, или на валежине покажется обманутый вашей неподвижностью полосатый зверушка — бурундук. Поверьте, ему тоже очень не хотелось просыпаться, он взъерошен, болен и еще не пришел в себя. Но это тоже гость весны.
Глядишь на эти мимолетные картинки, и все воспринимается, как свершение важнейшего таинства, и в душе тоже происходит обновление. Только за эти краткие мгновения единения с матерью-природой, такие чудодейственные, стоит навестить лес ранней весною.
С победным гулом катится над лесом ветер, раскачивая высокие деревья…
Вчера брызнул веселый дождик, прибил пыль на дорогах. Новый денек выдался ясный. Умеренный ветерок доносит аж в поселок лесные запахи. В легкой дымке синеют сопки. В мареве испарений дрожат и переливаются контуры близкого леса. Только вчера он был еще темным, коричневато-серым, со светлыми пятнами осиновых зарослей. Одной теплой ночи после дождя оказалось достаточно, чтобы он напитался живыми соками; заметно позеленели, будто окутались туманом, березки, и осины уже не серые, а желтоватые, с заметной краснотой, и по низинам обозначились светлые клубочки ив.