Эх! Недолго музыка играла, недолго фрайер танцевал…
Я совсем забыл, что слишком многие читатели читают не то, что написано, а то, что желают увидеть в тексте.
Среди множества моих персонажей есть ДВА гея и ОДИН бисексуал. Вампир Шурочка с его плейером в «Лунном Бархате», жестокий насильник и вообще крайне несимпатичная личность в повести, которую я сейчас редактирую и готовлю к публикации – и Дольф-Некромант с его переломанной душой. Если считать вещи опубликованные – все знакомы с ДВУМЯ моими персонажами, у которых не в порядке ориентация. На ШЕСТЬ романов плюс всякая мелочь. На этом основании определённая часть читающей публики считает меня слэшером и ищет гомосексуальные отношения везде, где только можно.
Нет, грех сказать, что мне не интересна тема. Интересна. Меня страшно интересует асоциальность и отверженность, чужаки в человеческом обществе, раненые души, одинокие бойцы, отщепенцы и прочие неприкаянные. Меня интересует физическое уродство, калеки, пришлые чужаки, люди с сексуальным вывихом и креном, социопаты. Меня интересует, может ли совмещаться абсолютная аморальность и высокая нравственность в одном и том же человеке – и КАК. Где граница между добром и злом в душе. Всегда ли право общество. Ну и так далее.
Среди моих героев есть садист и мазохистка, кастрат, разумная галлюцинация без пола и тела, орки-полузвери и просто звери. Есть много всякого-всего про культурный шок, про маргинальность, про безумие. Про отношения человека с обществом. Про удавшуюся и неудавшуюся любовь. Но, как и писал незабвенный Венечка Ерофеев, народ интересует «один только гомосексуализм».
Ну да, ну да. У меня вампиры ещё целуются, обмениваясь «Силой Танатоса». Поцелуй вампира, мистическое действо, то-сё – жесть, я забыл, в каком обществе мы живём. Целуются?! Мужчины?! Друг с другом?! Геи. У нас в Питере, в Парке Победы, стоит чудовищная по непристойности своей скульптурная композиция: юноша с букетом обнимает и целует немолодого солдата с внушительным «иконостасом» орденов-медалей. Страшно подумать, как мимо ходят люди – и невольно удивишься: почему до сих пор не демонтировали эту сталинскую пропаганду однополого секса. Я уж не говорю о кошмарном православном обычае христосоваться на Пасху.
Ага, ага. Брат не может сказать о брате: «Я его люблю». Сын об отце – тоже. О товарищах – вообще промолчим. Предательство воспринимается нынче легче, чем преданность.
Чему я удивляюсь?!
Я выкручиваюсь наизнанку, создавая нечеловеческую психику с одновременным акцентом на женском и мужском, переписываю каждую сцену по три раза, добиваясь достоверности «чужого», форсирую эмоциональный фон, заостряю контраст между земными мужчинами и «якобы мужчинами» из мира двуполых созданий – но всё равно находятся люди, ухитряющиеся увидеть в «Лестнице из терновника» гомосексуальную! порнографию!
Где?! Во имя Господа, где?!
Я вообще не порнограф. Не люблю, не умею описывать в подробностях физическую сторону любви – ну и не описываю. Ни гомосексуальную, ни гетеросексуальную, никакую. Так, намёком, тенями за занавеской, стоном в темноте. Мысли и чувства интересуют меня куда больше, чем тело. Спасибо, всегда найдётся читатель, который придёт и расскажет, чем именно – в красочных деталях – занимались мои герои между абзацами. Вот молодец, а я и не знал.
Да это – ладно, но гомосексуальность в «Лестнице из терновника»?! Да ёлки же палки, люди, я всё, конечно, понимаю, но задоставало объяснять всем и каждому очевидные вещи.
Ладно, изобразим Капитана Очевидность в последний раз.
Гомосексуальность – если вдруг кто не знает – ЭТО ВЛЕЧЕНИЕ К ЛИЦАМ СВОЕГО ПОЛА. А не характерная для гермафродитов с Нги-Унг-Лян страсть переделать тело партнёра под себя. Насколько я понимаю, любому гею глубоко неприятна мысль о том, что его партнёр может вдруг превратиться в женщину, а тем более – что он сам должен этому поспособствовать. Гуманоиды с Нги-Унг-Лян – не тождественны ни обычным земным мужчинам (в третьей части прямо говорится, что исходная база при формировании плода местного жителя – это женское тело, а мужские функции – лишь надстройка), ни земным гомосексуалистам. Ни физически, ни психически. Никак.
И меня уже совершенно одинаково замучили и те, кто ужасается тем, как я «любуюсь педиками», и те, кто восторгается тем, как «гомоэротичненько». Гомосексуальность на Нги-Унг-Лян – довольно тяжёлое и не принимаемое обществом психическое отклонение, вызванное, видимо, страхом перед изменением собственного тела или нежеланием изменить тело партнёра. А иногда – следствие обычного страха перед болью, которой неизбежно сопровождаются нормальные в этом мире брачные игры, или смертью, от которой во время брачных игр никто не застрахован. Всё это в тексте описано, кстати.
