На входе её дотошно расспросил дежурный офицер, вбив в компьютер её паспортные данные. Затем сделал то же самое с Хуго, который вошёл вместе с Лидией, дав указания Хорхе и Чиро ждать в машине. Женщина, которой приказано было проводить девушку до кабинета следователя, низким грубым голосом всю дорогу убеждала её вернуться домой и не геройствовать.
Кабинет главного следователя представлял собой, чуть ли не бункер на третьем этаже. В него вела двойная рыжая дверь с красной именной табличкой на уровне глаз.
Людей в этом коридоре было в разы меньше, соответственно и звуков тоже. Кроме пугающего кабинета по центру было лишь несколько дверей поменьше. Возле каждой стоял ряд из трёх металлических серых стульев с подлокотниками.
Лидия и Хуго опустились на стулья и, сидели, не говоря друг другу ни слова, потому, как оба понимали, что за тем здесь и находятся, чтобы молча ждать неясно чего.
Как оказалось, двойная рыжая дверь вела лишь в приемную, за которой и проходил допрос, поэтому голосов в коридоре не было слышно.
Каждые пять минут кто-то в полицейской форме входил в кабинет и спустя пару минут выходил обратно, и всё это были разные люди. Спустя час из кабинета вышел мужчина в темном костюме, быстро говоря по телефону, и ещё более быстро пронесся к лестнице вниз.
— Один из адвокатов сеньора. — Сказал Хуго.
— Выглядит психованнее, чем я. — Девушка встала и прошлась взад — вперёд, потирая лицо руками.
Ещё спустя час, адвокат влетел обратно в кабинет, так же стремительно, как ранее вылетал.
Вечером, когда Лидия старалась скоротать время работой на ноутбуке, два адвоката вышли из кабинета уже спокойно. Вместе с ними вышел Дани, представив девушку мужчинам, которые, хоть и выглядели устало, вели себя дружелюбно.
— Не беспокойтесь, дело сложное и длительное, но мы докажем свою невиновность. — Сказал тот самый мужчина в темно-сером костюме. Несмотря на его довольно преклонный возраст, он выглядел энергично, внешностью он походил на немца: светло голубые глаза, почти белые, но не седые волосы и брови.
— Альваро отпустят сегодня? — спросила Лидия.
— Нет, рабочий день следователя на сегодня закончен, но завтра они продолжат.
— Я могу с ним поговорить? — не сдавалась девушка.
— К сожалению. — Заговорил второй адвокат, испанец не старше сорока с солидной лысиной. — Мы старались организовать встречу, но разрешение только для родственников и официальной супруги.
— Сейчас подпишут протоколы и переведут его в другой кабинет, так что на минуту вы увидитесь в коридоре. — Приободряюще улыбаясь, сказал немец.
— Ладно. У меня есть для него свежая рубашка, я могу передать?
— Вашу сумку обыскали на входе?
— Конечно.
— Тогда можете.
Спустя полчаса из кабинета вышел седой мужчина в сером костюме, размахивая черным кожаным портфелем в руках. Недовольно взглянув на наручные часы, он стремительно направился к выходу. Следом из кабинета вышел полицейский, придерживая дверь открытой. Наконец, ещё двое в форме вывели в коридор Альваро.
Он выглядел так же устало, как и каждую ночь после рабочего дня, но, хоть и держал голову гордо поднятой, был заметно подавлен. И Лидия готова была поспорить, что заметила это только она, остальным же являлось каменное безразличное лицо. Когда он разглядел её в толпе мужчин, его губы едва заметно дрогнули в улыбке.
На Альваро не было наручников, но полицейские придерживали его за плечи, и, не останавливаясь, уводили его прямо по коридору.
Лидия стояла, не двигаясь, и в целом не понимая как ей себя вести. Ведь хотелось, как в эпичном кино, броситься за конвоем, с мольбами не уводить его так быстро.
— Парни, дайте человеку хоть с женой поздороваться. Она с утра здесь! — спокойным голосом сказал пожилой адвокат.
Полицейские остановились возле кабинета посреди коридора, один из них, открывая дверь ключом, сказал:
— Минута.
Лидия тут же направилась к ним, и, борясь с диким желанием броситься Альваро на шею, остановилась напротив. Мужчина протянул руку и, приобняв за талию, притянул её к себе.
— Как ты? — тихим, уставшим голосом спросил он, прижавшись губами к её виску. — Испугалась?
— Нет. Я в порядке, переживала за тебя. — Она тяжело вздохнула, обвивая его руками.
— Не бойся. Меня так легко не сломать.
— Знаю.
— Как твоя рука? — Он, почти не касаясь, поднял её ладонь и рассмотрел бинтовую повязку.
— Хорошо. Надеюсь, она не успеет зажить, пока тебя держал здесь.
— Не переживай. Завтра днём буду дома, езжай и дождись меня.
— Я побуду здесь, мне так спокойнее.
— Не будем спорить, ладно?
— Спорить не будем. Я привезла тебе свежую рубашку.
— Спасибо, Ли. То, что нужно. — Он снова прижался губами к виску с усталой улыбкой.
— Заходите. — Коротко бросил полицейский и широко распахнул рыжую дверь.
Лидия понимала, что нет никакой пользы от её нахождения в холодном коридоре, где, надо отдать должное находились ещё две пожилые женщины, ожидая участи своих близких, как выяснилось в течение долгой ночи, сына и мужа. Но спокойно уехать в пустой дом она не могла, не представляла возможным. Поэтому Дани и Хуго очень быстро прекратили настаивать.
