Лидия только сейчас осознала, что все может получиться. Шок проходил, и внутри начинали танец искорки радости. Она хотела закричать, завопить, станцевать победный танец, но сдержала себя. Вместо этого она подошла к Альваро и прикоснулась ладонью к его щеке. Проведя большим пальцем по острой скуле, она подарила ему полную счастья улыбку.
— Спасибо. — Девушка вышла из комнаты, совсем не ощущая ног.
Альваро ещё пару минут стоял на кухне, ощущая в воздухе искорки счастья и чувствуя лёгкое покалывание на щеке.
— Привет, Лёш!
— Надо же, ты вспомнила, что у тебя есть брат! Привет!
— Мама, Наташа, все дома?
— Да, Сашка в садике, остальные дома.
— Отлично! Можешь всех собрать, мне надо с вами поговорить.
— Так, что случилось?
— Ничего, просто позови всех!
— Ну, хорошо.
Меньше чем через минуту все были на экране.
— Привет, как ты?
— Я хорошо, Наташ, как у вас? Ма-а-ам?
— Я здесь, здесь!
— как ты, ма?
— Да всё помаленьку!
— Да всё как всегда, всё хорошо!
— Что случилось?
— У меня появилась идея. — Лидия сжала руки в кулаки, вздохнула и спросила: — Хотите прилететь ко мне?
Сморщив брови, Лёша посмотрел на камеру как на пришельца, а затем ответил:
— Хотим естественно, но только через год или два, когда денег накопим.
— Точно. — Добавила Наташа.
— Вы не поняли, вам нужно только взять отпуска на работе. Альваро всё оплатит.
— Это как?
— Да ладно!
— Да, оформим вам визы, только у мамы нет загранпаспорта.
— Да вы что, куда мне уже лететь, на старости лет. — Воскликнула мама, скромно молчавшая всё это время.
— Мам, ты хочешь меня увидеть?
— Вон, пусть дети летят, а ты когда-нибудь ко мне сама прилетишь! Старая я, для таких перелетов!
— В общем, ребят. У вас задача уговорить маму и сделать ей загранпаспорт. — Они были явно растеряны, кивали как роботы. — Когда сделаете, звоните мне, я расскажу что нужно для виз.
— Ты же сейчас шутишь, да?
— Нет, я серьезно, очень соскучилась по всем. Разве вы не хотите меня увидеть?
— Лида, ну конечно хотим!
— Просто это такие деньги! Гораздо дешевле тебе слетать домой.
Лидия выдохнула, стараясь не показывать чувства накатывающей боли.
— Если есть возможность вам прилететь ко мне, на море, то зачем мне лететь в Россию? — она постаралась улыбнуться весело и непринуждённо.
— Я всё ещё не могу поверить.
— И когда мы сможем прилететь?
— Как только будут готовы документы.
— Это получается где-то месяц?
— Думаю, что да.
— С ума сойти! Нужно значит посмотреть билеты, приблизительно через месяц?
— Нет, билеты смотреть не нужно. Вы полетите на частном самолёте.
Они переглянулись. Мама, молча, смотрела на экран и улыбалась светлейшей улыбкой.
— Альваро?
— Я здесь. — Послышался голос из приоткрытой двери в ванную.
— Я хотела поговорить.
— Говори.
Девушка прошла по спальне и заглянула за дверь.
Ванная комната граничила с гардеробной, была такой же ширины, но тянулась гораздо дальше от панорамного окна. Интерьер уже не удивлял, но был действительно шикарен.
Мрачные стены из тёмного мрамора потеплели от солнечного света и отразили лучи на пол из серой матовой плитки. Округлая ванна из черного мрамора, не стыдясь, стояла у самого окна. По стене напротив двери тянулся серый подвесной стол с выдвижными ящиками и чёрной столешницей из того же камня. На себе он удерживал раковину в цвет. На стене над ним разлилось высокое круглое зеркало с подсветкой, которое пряталось от солнца за ещё одним навесным шкафчиком. Рядом затерялся чёрный, парящий в воздухе унитаз. Чуть дальше из стены проросли вешалки с халатами и полотенцами. На одной трети комната обрывалась, стеклянной завесой маскируя душевую кабину, которая вполне могла считаться отдельным помещением в доме.
Мужчина стоял перед зеркалом, босиком, в серых спортивных штанах и без футболки. Он откручивал крышечку от пузырька с антисептиком.
— Хочу продолжить ночной разговор. — Девушка остановилась в дверях.
Альваро мельком взглянул на неё в отражении.
— Я слушаю. — Он смочил антисептиком салфетку и взялся отклеивать с раны повязку, с недовольным лицом.
— Как заживает?
— Хорошо.
— Покажи мне.
— Не смотри, вид так себе.
— Я не боюсь. — Она подошла к нему и развернула к свету от окна, придержав за плечи.
Рана выглядела действительно неприятно. Вокруг свежего шрама растекалась багрово-фиолетовая гематома.
Лидия забрала у него из рук салфетку и аккуратно промокнула шрам, затем протёрла вокруг, и, наклонившись, подула на кожу.
— Щиплет? — она устремила на него взгляд.
— Немного. — Мужчина слегка приподнял уголки губ. — У тебя холодные руки.
— Ничего, потерпишь. — Она взяла упаковку с новым пластырем и заклеила рану. — Заживало бы гораздо лучше, если бы не вставал с постели эти несколько дней.
— Ерунда, заживёт. — Мужчина, не шевелясь, наблюдал за её кропотливыми движениями.
— Разве тебе не больно даже ходить? — Девушка сполоснула руки в раковине и взглянула на него.
— Больно, но я привык терпеть боль. — Альваро собрал со столика весь мусор и убрал в навесной шкафчик медикаменты. — Я слушаю тебя.
Девушка собралась с мыслями и спросила:
— Ты считаешь наглостью мою просьбу?
