— Что такое полпланеты в наше время?
— Для тебя, с наличием личного самолёта, действительно пустяки.
— У меня нет самолёта, я его арендую.
— Ах, извините, тогда это совсем другое дело, — она вернулась на своё место — но ты прав, человечество невероятно сократило расстояние.
— Что ты имеешь ввиду? — Альваро развернулся к ней, не скрывая любопытства.
— Я часто об этом задумываюсь. Люди научились преодолевать километры так быстро и просто. — Она тоже повернулась к нему, укутавшись в плед. — Через пару столетий, наверно, можно будет слетать на другую планету. А через тысячу родители будут отправлять детей погостить к бабушке на Марс летом.
— Точно, и люди будут летать в рабочие командировки в другую галактику.
Они засмеялись вместе, и их смех заполнил всё пространство, лёг на морскую гладь и понёсся по волнам.
— Почему ты не живёшь в Барселоне?
— А почему должен?
— Там твоя работа, ты почти каждый день ездишь в город, потратив больше часа на дорогу туда и столько же обратно. Разве не логично переехать?
— Я не люблю хаос, не люблю жизнь в большом городе, с таким количеством людей.
— Дело только в людях?
— В большей степени. А ещё в городских домах нет солнца. В Барселоне от него все бегут в тень. Дома в тени, улицы в тени, весь город, стоящий прямо под солнцем, находится в тени.
— Под таким солнцем действительно можно расплавиться.
— А в такой тени действительно можно померкнуть.
— Поэтому твой дом однажды рухнет на скалы, из-за отсутствия стен. В нём же одни окна!
— Как архитектор уверяю тебя, этого не произойдет.
— Ты что сам его построил?
— Нет. Я выкупил готовый.
— А лестница к морю тогда уже была?
— Я приказал выточить в самую первую очередь. А только потом снёс в доме несколько стен.
— А те, что остались, перекрасил в серый. — Сказала она, закатив глаза. Мужчина тихо засмеялся. — Почему серый?
— Это цвет, с которого можно начать. Можно перекрыть его любым другим.
— Я думала, что белый можно перекрыть любым.
— Белый сложно перекрасить в черный.
— Точно. Мне ли не знать. — Она засмеялась, и Альваро вопросительно посмотрел на девушку. Заметив его взгляд, она ответила. — В моей спальне дома, в России, — черные стены.
— Ты шутишь? — Альваро недоверчиво прищурил глаза.
— Нет! — она схватила со столика телефон. — Я сейчас покажу тебе, у меня есть фото в инстаграм. Она штудировала телефон пару минут, затем протянула ему. Мужчина ровнее сел на кресле, всматриваясь в экран. — Вот, я в своей комнате!
— Тогда странно, что свою спальню здесь ты перекрасила не в черный, — он посмотрел на неё всё ещё удивлённо. — Но зато можешь жить в моей и чувствовать себя как дома.
— Это будет, когда прилетят мои родственники.
— Я буду рад, если ты переедешь раньше.
— Я знаю, но радовать тебя не собираюсь. — Она открыла камеру на телефоне, протянула руку и сделала фото, так чтобы они оба были в кадре. — Улыбнись, Альваро.
Мужчина поднял голову и недоуменно посмотрел на экран, а затем на Лидию. Девушка засмеялась, увидев его выражение лица.
— Что делаешь?
— Выложу в инстаграм. Нужно же поддерживать эту гребаную легенду о счастливой жизни. Ну, давай, улыбнись. Я знаю, ты умеешь. — Альваро сделал серьёзное и недовольное лицо без тени улыбки.
Девушка повторила за ним и сделала несколько кадров с их каменными лицами, затем звонко захохотала. Альваро смягчился на мгновение, заражаясь её смехом, и девушка сделала ещё несколько фото.
— У тебя красивая комната, — сказал Альваро, пока девушка занималась публикацией чуть смазанного, но на вид счастливого кадра. — Это было фото с какого-то праздника?
— Нет, с чего ты взял?
— Ну, как же, на стене и на окне светятся гирлянды.
— Они висят в моей комнате круглый год, не только на праздник. Я включаю их, когда хочу.
— Как же тогда выглядит твоя спальня во время праздника?
— Человек, которому мало солнца в Барселоне, придирается к моим гирляндам! Они поднимают мне настроение!
— Я не придираюсь, просто, ты снова меня удивляешь.
Солнце вместе с жёлтыми следами на вечернем небе окончательно спряталось за черепичными крышами далёкого городка, краски потускнели. Мягкая ночь неспешно ложилась на побережье. На море опустился штиль, и птицы бесконечно кружили над водой, протяжно крича о своём.
— Нужно отнести грязные тарелки на кухню, а то скоро чайки прилетят на запах. — Сказал Альваро, собирая приборы в одну кучу.
— Они ничего не почувствуют. — Усмехнулась Лидия.
— Почему же?
— Я сейчас не чувствую никаких запахов, кроме того, что пришел вместе с тобой. — Она села на кресле и помогла ему с посудой. — Почему корица?
Альваро составил тарелки на стол и поднял взгляд, печально улыбнувшись. Затем пару мгновений всматривался в чернеющее море, несколько раз разжимал губы, словно хотел начать рассказ и снова соединял их в угрюмую линию.
