Все чего он хотел, это обратно в свой дом, в свое логово, к старшему брату, который обнимет и изгонит страхи прочь, который никогда не потребует ничего за это и не будет упрекать.
Пусть Й’оку вернется к нему, пусть заберет домой и останется с ним навсегда.
Мастер сказал, что так будет.
Да, так и будет.
Без сомнений.
На потолке плясали уже привычные для этого места отголоски свечей.
Лео вошел и сел на стул около стены, устало опустив голову.
Раньше Рафу было плевать на живой огонь.
Раньше ему бы в голову не пришло рисовать на стенах иероглифы…
Лео провел в воздухе пальцами, повторяя штрихи – словно и не Рафов подчерк даже.
- Не спишь? – тихо спросил он, прикрыв глаза. – Я не хотел мешать…
- Ты не мешаешь, – Раф приподнял голову. – Чего сам-то колобродишь?
- Медитировал. Потом вот решил зайти, Кодаму проведать, ну и тебя попутно, – Лео улыбнулся. – Как он растет быстро…
- Да, – Раф выбрался из гамака. – Дон сказал, что процесс замедляется, что он догонит своих братьев, и потом будет уже нормально расти и развиваться. Я надеюсь, что наш гений все правильно посчитал, то есть наши гении.
Он постоял минуту, глядя на растянувшегося на его кровати приемыша, и улыбнулся, коротко и грустно, а потом сел около стены.
- Они так сдружились, – Лео кивнул, тоже глядя на спящего Кодаму. – Донни души не чает в Юки, говорит, что нашел себе близнеца по духу и разуму.
Раф хмыкнул, сложив на коленях руки.
- А Майки в этом отщепенце убогом близнеца себе не откопал?
- Они не очень поладили, – старший вздохнул. – Майки сказал, что помочь готов, но что-то ему не так. Объяснить, как всегда, не может, да еще Юки подливает масла в огонь своим враждебным настроем, и Кодама тоже. Вчера еле успел вмешаться в их с Ми-Мэем ссору.
- Парнишка на язык не сдержан, – Раф покивал, не сдержав ухмылки. – Кого-то напоминает, правда? Ничего, мы же с тобой сможем ради Кадзэ помочь его младшему брату, а, Лео?
Тот вздохнул, отводя глаза.
Он и сам порой начинал сомневаться, что что-то из этой затеи выйдет. Мастер Сплинтер не верил в Ми-Мэя, Кодама презирал, Юки шипел змеей, Майки сторонился, Донни молчал, и только они с Рафом упорно верили непонятно во что, словно цепляясь за несбыточное.
«Это уже ничего не вернет и не изменит. И никому не поможет. Зачем же мы упираемся оба?»
- Ты снова уходил плавать? – Лео посмотрел брату прямо в глаза. – Раф, меня это тревожит.
- Не беспокойся, – тот сморщился и заполз обратно в гамак, отвернувшись к стене. – Не утоплюсь, если ты об этом. Просто я там лучше слышу его.
- Раф…
- Т-шш, – тот уткнулся носом в подушку и закрыл глаза. – Не надо, Лео, я все понимаю… Доброй ночи, бро.
Миднайт осторожно отлепился от двери, недовольно скривившись.
Его бесило то, как Рафаэль носился с Ёдзи, которого все они тут величали Кодамой.
«То, се, двадцать пятое и десятое! И все на блюдечке! Тоже мне, птицу важную выискали! Хуже Й’оку уже стали мамками. Даже не сказали, что его и в живых-то нету. А малявка и рад получать от всех и каждого по ведру заботы, которую и тут не заслужил ничем. Ничего не сделал, только на башку им свалился, а у меня старшего отобрал…»
Он зло усмехнулся и неслышно ушел прочь, поняв, что дорога к заветной цели стала еще чуть более видимой для него, словно свет свечей из-за приоткрытой двери пролился на нее, выхватив из полного мрака неведения.
Кадзэ спокойно и ласково посмотрел Рафаэлю в глаза и чуть склонил голову набок, погладив его по щеке.
- Забыл? – мягко спросил он. – А знаешь, я рад этому очень. Это хорошо. Я верил, что ты сильный и сможешь. Рафаэль, родной, береги себя и Ёдзи, и спасибо за все, что ты сделал для меня. Я словно в твоих ладонях…
Раф резко сел в гамаке, попробовав поймать ускользнувшую от него руку.
Когда Лео ушел, он заснул и увидел этот реальный сон.
Настоящий.
Словно Кадзэ вот тут говорил с ним, в этой комнате.
- Бля… воды выпить надо…
На часах был поздний вечер, и все в логове уже, наверняка, проснулись.
Кровать Кодамы пустовала, традиционно не заправленная, и Раф улыбнулся ей, против воли вспомнив, как люто воевал с ним самим Учитель, пытаясь вколотить привычку к порядку в комнате, и как Лео не раз прокрадывался к нему, чтобы застелить его постель и избавить от наказания.
- Че ты опять? – Раф вваливается в свою комнату и обнаруживает там старшего брата, который торопливо складывает на столе стопку комиксов. – Я сам разберусь.
Лео вскидывает на него глаза и вдруг широко улыбается.
- Мастера расстроишь, – заявляет он. – И вместо игр будешь отбывать наказание в зале. А я хотел позвать тебя Звездный флот устроить.
- Ну, блин… – Раф начинает сопеть.
С одной стороны, на кой ему эта Леовская забота сдалась, а с другой – прав же брат.
- Ну, спасибо, короче. Я тебя тоже, если что, прикрою.
Лео только смеется на это и выскальзывает прочь – уж у него-то все всегда по полкам и идеально.
- Мой подход, – Раф качнул головой. – Только, Кодама, Кадзэ бы расстроился очень, я уверен.
Сон из головы не шел, как и тепло ладони на щеке.
