— Это мы уже поняли. Но почему только этим троим? Зодиак вон несчастную чуть в море не утопил, когда нашел. Прочитал что-то на оторванной странице, проворчал и выкинул, а страницу и вовсе сжег.
— Вот-вот! — поддакнули Близнецы в один голос. — И надо было нам её вытаскивать из под руин перед носом других студиозов. Кто бы нашел, тот нашел.
— А если бы нашел какой-нибудь демон, перевоплощенный, или всеми любимый выскочка Аврин? — вдруг встрял в разговор обычно молчаливый Стрелец. Глядя на всех своим острым и грозным взглядом, этот дух, казалось, знал больше остальных.
— Кстати, о студиозах. Сюда кто-то идет… — поддакнули Близнецы, и снова в один голос.
— А может, взгляд ему отвести? — предложил Водолей с надеждой. Уж больно не хотелось ему покидать излюбленное место общего сборища знаков Зодиака.
— Не получится, это же Моди, — пронедовольствовал Лев, щурясь и сверля взглядом стену слегка обшарпанной безлюдной комнаты, не зря пустующей столько времени.
— О, нет… — проворчали все как один, семь присутствующих духов, — только не Моди.
И прежде чем исчезнуть, знаки лишь подняли в воздух пыльный столб да сломали и без того испорченную временем мебель.
— Я знаю, что вы здесь… — протянул студиоз, открывая проход в комнату с помощью нескольких заклинаний одновременно.
А когда вошел внутрь, отворив рукой безумно скрипящую дверь, то лишь хмыкнул и следом чихнул. Комната в миг опустела. Духи ушли, оставив после себя полную разруху.
— Что ж. Уборка, так уборка, — с этими словами настырный студиоз поднял вверх руки, вновь чихнул и применил сразу несколько заклинаний из бытовой магии.
Всего через каких-то пять минут с небольшим Аврин уже вовсю любовался, казалось, новенькими портьерами, скрывающими от взора просто божественный вид на молочно-белые облака, сквозь идеально чистые стекла окон длинною от пола до потолка.
Внизу между тем раздался громкий девичий крик.
Моментально сорвавшись с места, фей вылетел в распахнутое магией окно и тут же спрыгнул на балкон Леи Дорвиндаль, устремляясь на звук вглубь её комнаты.
Вернувшиеся же в следующий миг духи вновь сломали мебель в отместку, или просто из вредности, и стали с неподдельным интересом наблюдать за происходящим внизу действом.
— Что ты здесь опять забыл? — недовольно уточнила у Моди травница, стоя в дверях комнаты удобств.
— Лея… Она? — только и выдал фей, стараясь заглянуть за плечо преподавательницы. Но та лишь хлопнула дверью в комнату удобств у него перед носом. А прислонившись к косяку, гаркнула:
— Переодевается ваша Лея! Насекомого испугалась…
Затем с недовольством воззрилась на стушевавшегося студиоза.
А Дева между тем хмыкнула, прокомментировав наблюдающим духам:
— Это она тетрадку вашу испугалась… А я говорила, что отмыть её нужно, вся в крови, грязная.
— И как бы мы это сделали, по-твоему? — недовольно проворчал Скор, насуплено отворачиваясь.
— Уже никак, раньше нужно было думать. Похоже, Дорвиндаль догадалась, что это к ней в руки попало.
— Еще бы… — поддакнули Близнецы.
— Тихо, опять этот всезнайка возвращается! — чуть ли не прорычал Лев, прежде чем исчезнуть. Остальные последовали его примеру.
Гигантских размеров, однако же худой мужчина безупречно-красивой внешности: с высокими скулами, острым подбородком, прямыми черными бровями, как и идеальной формы носом, ступал по мягкому ковру с аристократической грацией, будучи одетый в один gfлишь серебристый шелковый халат диной по самые щиколотки.
Его кровать в глубине комнаты была завалена подушками. А на полу возле неё стояли нестройные ряды с сосудами, бутылками и фужерами разной величины и степени наполненности.
Стол же, стоящий возле цветного витража вместо окон, украшала огромная карта Двенадцати королевств, уставленная маленькими белыми фигурками. Которые то и дело самовольно скакали по искусственному ландшафту.
И вот сейчас, пригубив какую-то мутную белую жидкость из кривого, причудливого кубка, Скаагар в очередной раз скривился и лишь бросил его на пол. Зачарованный ковер принял кубок мягко, заставив приземлиться ровно на ножку, не расплескав и капли.
Следом на всю комнату раздалось невольное ворчание бога коварства:
— Эх, хочу амброзию… Как жаль, что следующий урожай придется делить со всеми этими глупцами!
Подняв руку к подбородку, он провел большим пальцем по своей идеально выбритой щеке и все равно вознегодовал.
— Тремон!
— Да, ваша божественность, — подобострастно пролепетал небожитель, вынужденный отбывать наказание за неповиновение. Его деревня испокон веков ухаживает за садами с амброзией и лишь одним Тремону да Орлану захотелось покинуть гору, чтобы постранствовать. Хоть и случилось это наспор. Однако оба были тут же настигнуты и наказаны.
— Стань там в углу…
— Но… заклинание же… — переспросил слуга, делая вид, что не понимает суть предстоящего колдовства. Хотя руны заклинания в выведенной пентаграмме ему сообщили многое, чтобы здорово их опасаться.
