— Точно. Но далеко не только там. Сейчас периодически воюют на всех континентах, кроме Австралии. Там просто некому и не с кем воевать. Все свои. А в Азии боевые действия происходят в шестнадцати странах. Да, в основном это на Ближнем и Среднем Востоке. Но не только. В Африке воюют в семнадцати странах. Например, в Судане, Сомали, Центрально-Африканской Республике. В Латинской Америке воюют в Перу и Колумбии. Правда, в последнем случае государство воюет против наркобаронов. Но война ведется там конкретная. По всем правилам ведения боевых действий и с большими жертвами с обеих сторон. Кстати, в 2016 году в мире не возникло ни одного нового военного конфликта. А многие просто тлели, не разгораясь. Некоторые политологи и политики считают этот год самым мирным на Земле.
— А вот скажи мне, почему, как на нашей стороне, так и на другой стороне у противника в основном говорят на русском языке? Ведь здесь не Россия.
— Ну, и вопросики у тебя сегодня. Долго думал?
— А все-таки, ответь, если сможешь.
— Точного ответа я тебе не дам. Я не ученый и не специалист в этой области.
— А все-таки?
— Тогда смотри. Раньше был могучий Советский Союз. Многонациональное государство. Плохое или хорошее. Оценивать сейчас можно по-разному. Но в любом случае большое и по территории и по количеству населения. Государственным языком и языком общения людей всех народов, которые проживали на территории этого государства, был русский язык. Хотя, конечно, в разных союзных республиках люди говорили и на своих национальных языках. Вот, к примеру, Грузия. Так там вообще очень много народностей было и есть. Некоторые из них говорят в основном на своем родном языке. Но понимают и русский. До сих пор еще много людей, которые родились и выросли во времена Советского Союза. Не так просто искоренить привычку говорить по — русски. Вот и получается, что в мире превалирует английский язык. А на территории бывшего Советского Союза — русский. Даже те неонацисты, которых, кстати, очень много на той стороне фронта, тоже, когда им выгодно или удобно говорят на русском языке. По крайней мере, матерятся они только по-русски. Наверное, потому, что это более доходчиво.
— Вот умеешь ты все красиво обосновать. В принципе я согласен с тобой.
— И хорошо. Давай тогда спать. А то соседи скоро бурчать начнут. Мало не покажется.
— Спокойной ночи!
— Спокойной!
Прошло несколько недель. Погода начала постепенно меняться.
Нет, не похолодало еще. Для наступления холодов время не наступило. Ведь в этих местах зимы, к примеру, практически не бывает. По крайней мере, такой зимы, которая бывает хотя бы в средней полосе России. Не говоря уже о Севере. Жара и зной сменяются теплой иногда прохладной погодой. Несколько похолодает. И все.
До снега дело не дойдет. Те, кто живет здесь постоянно и не выезжает в северные края, снега не видели вообще никогда.
За это время Стрелок еще несколько раз ходил в разведку. Но только однажды поиск был неудачным. Тогда на базу вернулись ни с чем. Одно хорошо, что без потерь. Только раненые были. А это в боевых условиях тоже не плохо.
Свой дар перевоплощения, а точнее исчезновения и способности летать, Мурат пока больше не применял. Не было такой необходимости.
Рота жила своей размеренной жизнью боевого подразделения.
Днем в основном спали или просто валялись в кроватях. Развлекались, кто как мог. Но не очень шумно. Почти каждую ночь то одна, то другая группа, а иногда и несколько групп одновременно уходили в разведку, на диверсии.
Кстати, через некоторое время раненые, отправленные в городскую больницу, возвращались в роту. Но не все. Куда девались не возвратившиеся бойцы, никто, и что удивительно, даже Уголек, не знал.
Пару раз в роту приходило пополнение. Всего за время нахождения Стрелка в роте были вновь приняты шесть человек. Один из новичков попал в их взвод. Расположился он в казарме недалеко от Стрелка с Угольком.
Никакого особого внимания к своей персоне Стрелок не замечал.
Все было рутинно, повседневно. Он даже решил, что все, что было связано с его перевоплощениями прошло незамеченным.
Но дальнейшие события показали, что он ошибался. Борода ничего не забывал. Так уж устроены эти органы, в которых тот служил. И работа там накладывала отпечаток на характеры работников или служащих.
Обычно получалось, что Стрелок и Уголек ходили в разведку в одной группе. Но однажды Уголек ушел в разведку с группой, в которую Стрелка не включили. Командиром группы, как это часто происходило, был Кит. Ему командование доверяло проводить опасные операции.
В ту ночь Стрелок не стал ожидать возвращения группы. Он и сам себе самому не ответил бы на вопрос: почему не стал дожидаться вместе со всеми своих однополчан, отправившихся на разведку? Ведь обычно всегда ожидал. И радовался, когда в казарме появлялись все разведчики живые и здоровые. И обязательно улыбающийся Уголек.
Но этим вечером он уснул рано. Никаких нехороших предчувствий у него не было. Никаких.
