«Эх, хорошо! Вот так бы и сидел себе. Но нужно подумать, что делать дальше. Видимо, опять придется воспользоваться своими возможностями. Без этого, навряд ли, обойдусь. Ну, что же, надо, так надо».
Еще раз вытянулся во весь рост. Огляделся.
«Ну, что пора, наконец, действовать активнее на благо конкретного человека и справедливости. Нужно сделать это для спасения Уголька. Или, хотя бы для установления, что его нет в живых. Как я теперь понимаю, в данное время это сделать не может никто, кроме меня. Значит, так, слетаю туда, на место засады. Благо, что знаю этот маршрут. Ходил по нему уже не раз. Поищу дружбана. А потом посмотрим, что делать дальше. Будем ориентироваться по обстановке».
Он еще раз внимательно огляделся по сторонам. Никого.
«Теперь нужно стать летающей невидимкой», — не приказал, а скорее попросил неизвестно кого Стрелок.
И в тот же момент все тело его стало невесомым, легким. Его не стало видно. И он оторвался от земли.
«Так, будем считать, что начало положено. Теперь, как говорил в свое время незабвенный Владимир Высоцкий: вперед и вверх, а там, ведь это наши горы, они помогут нам! Хотя здесь нет никаких гор, тем более наших, все равно: Вперед!»
Взлетев на несколько метров над деревьями, он полетел, точнее, понесся во всю прыть в сторону передовой с противником.
Вот и линия фронта. Сверху Стрелок прекрасно видел при дневном свете позиции, как ополченцев, так и противника. Видел людей, которые сверху казались карликами, и которые сновали по позициям, занимаясь своими фронтовыми делами.
Но у него не было ни времени, ни желания разглядывать передовую. Нужно было спешить. До окончания увольнения оставалось все меньше и меньше времени. А сколько продлится поиск товарища, он не знал. Поэтому Стрелок без промедления полетел дальше в тыл противника по наземному маршруту движения группы разведчиков, которые так бездарно потеряли Уголька.
Через некоторое время он завис над участком лесопосадки, где со слов разведчиков и по его предположению произошло боестолкновение группы с противником.
Обшарив все окрестности, он так не обнаружил Уголька. Ни живого, ни мертвого. Как не нашел ни одного признака того, что тот прячется где-то тут. При этом Стрелок убедился, что незаметно скрыться с места боя, да еще, будучи раненым, было практически невозможно. Все довольно хорошо просматривалось и простреливалось при случае.
Но он не терял надежды найти хоть какой-нибудь след, который выведет его к товарищу.
Поднявшись еще выше, Стрелок начал методично осматривать окрестности. Вскоре невдалеке от этого места он заметил строения.
«Поселок, что ли? Или деревня? А ведь никто из разведчиков не говорил, что рядом расположен жилой поселок. И когда они ходили по этому маршруту, тоже никто не обмолвился о нем. Только еще не известно, живет ли там кто. Может это заброшенная деревня. Все равно, поселок или деревню нужно обследовать».
Сказано, сделано. Стрелок по воздуху рванул к жилью.
Подлетая к поселку или другими словами к деревне, он убедился, что она жилая. И состояла из одной широкой улицы, на которой с двух сторон стояли жилые дома. Только пару домов оказались разрушенными почти полностью. Остальные, а их было не меньше шестидесяти, как навскидку определил Стрелок, находились, по крайней мере, снаружи, в удовлетворительном состоянии. Из труб большинства домой вверх валил клубами дым.
«Значит, поселок обитаем. Находится он в тылу противника. Поэтому можно предположить, что здесь располагается воинская часть противника. Да, так оно и есть».
Это он заметил на улице два бронетранспортера и снующих по улице солдат противника.
Подлетев к крайнему с его стороны дому, Стрелок завис над ним и осмотрелся. С высоты своего полета он увидел, что на краю двора этого дома в сторону леса вырыт окоп полного профиля. Добротный такой окоп.
«Для себя делали, не поленились», — почему-то похвалил вражеских солдат Мурат.
Сказалось, видно, то, что ему всегда нравилось все, что сделано не шалтай — болтай, а с душой, на века. Пусть даже сделали это враги.
Но в нем никого не было. Никого не было видно и в самом дворе дома. Через неплотно прикрытое окно из дома доносились какие-то голоса. Дверь в дом была закрыта.
Разведчик не стал размышлять над тем, как он попадет в дом. Решительно подлетел к двери и …
Дальше произошло то, чего он сам никогда не ожидал от себя. Хотя при подлете к дому желал этого. Другими словами, он только подумал, что неплохо было бы свободно проходить сквозь стены и закрытые двери. Только подумал. И на тебе!
Мурат как нож через кусок масла проскочил сквозь закрытую дверь внутрь строения.
«Так, оказывается, мне нужно только подумать и потом я смогу действительно пройти сквозь стены и двери. Занятно! Чего я только, оказывает, не могу!»
Проскользнув через закрытую дверь, Стрелок оказался в пустой веранде. Или другими словами, в сенях. Точно также он проскользнул через дверь, которая вела в жилое помещение дома. И оказался в большой светлой комнате. В доме она была одна. Но очень просторная.
