Четыре самолета 16-го истребительного авиаполка 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО, ведомые лейтенантом Иваном Петровичем Шумиловым (1919–1987), при возвращении с боевого задания были атакованы семью немецкими истребителями. Летчик Иван Филиппович Голубин был ранен, а его самолет поврежден. На помощь боевому другу пришел лейтенант Шумилов. Свой самолет он повел в лобовую атаку. Вражеский летчик не выдержал натиска, резко отвернул и врезался в самолет своего напарника. Оба самолета противника рухнули на землю.
Во время преследования остальных фашистских самолетов Шумилов таранил истребитель врага. Свой же самолет советский лейтенант посадил на поле.
Газета «Московский большевик» пишет:
«Славные летчики частей Московского военного округа сбили вчера 31 фашистский самолет. Летчики… успешно штурмовали вражеские колонны».
Немецкая авиация мелкими группами в дневное и ночное время пыталась прорваться к Москве. В течение 17–19 ноября 1941 года средства ПВО столицы отразили 20 налетов, в которых участвовало 145 самолетов противника.
Указом Президиума ВС СССР за «образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество» летчики Британского Королевского флота Н.Л. Ишервуд, Э.С. Рук, Э.Н. Миллер и Ч.Ф. Хоу из английского авиаотряда в Мурманске награждены орденом Ленина.
Когда в Мурманск поступили первые британские самолеты «Харрикейн», для инструктажа и обучения наших пилотов туда прибыли и английские летчики. Так на нашем фронте появилась 151-я эскадрилья британских ВВС, командовал которой Генри Невилл Гинесс Рэмсботтом-Ишервуд, уроженец Новой Зеландии. Служили в эскадрилье также австралийцы, канадцы, шотландцы, валлийцы и ирландцы, уроженцы Родезии, Южно-Африканского Союза и Вест-Индии. Британские летчики не только помогали нашим осваивать технику, но и отважно дрались в советском небе, за глаза называя немцев «джерри». Так, Энтони Рук в одиночку принял бой с девятью самолетами противника. В другом сражении сбил немецкий самолет и повредил другой. Энтони Миллер, поднявшись со своей шестеркой в воздух, увидел над головой 14 «Юнкерсов», идущих к аэродрому «Ваенга-1», где базировались наши силы, и разогнал их. Два других летчика, Бош и Хоуменс, во время внезапного налета на аэродром, когда вокруг рвались снаряды, добрались до своих самолетов и, вырулив между воронками, поднялись в воздух и приняли бой.
Помощь союзников в СССР принимали с искренней благодарностью, которая выражалась не только в добросердечном отношении, но и в отличном питании. Один из участников операции британский летчик Тим Элкингтон вспоминал: «Нам давали продуктов в очень большом количестве. При этом еда была по-настоящему вкусной и разнообразной – в пайке часто были яйца, икра, консервированный окорок и компот из слив или вишен, масло, блины, красное вино, шампанское, копченая семга». Надо ли говорить, что в условиях военного времени британцы получали в прямом смысле королевский стол.
Впрочем, иностранные военные не прохлаждались: они ежедневно занимались подготовкой советских пилотов, показывая все тонкости управления британскими истребителями. В сжатые сроки они подготовили четыре авиационных полка Карельского фронта. Новоиспеченные специалисты, обретя навыки, становились учителями и для других летчиков, в подразделения которых поступали зарубежные военные самолеты.
Британцы также патрулировали район Заполярья, нередко вступая в боевые схватки с немецкими и финскими пилотами. Кроме того, одновременно асы Королевских ВВС занимались прикрытием кораблей Северного флота, воздушной защитой советских бомбардировщиков, а также обороной неба Мурманска и стратегического порта арктических конвоев.
Результатом союзной помощи стало то, что немцы после потери 12 самолетов в сражениях с англичанами заметно снизили летную активность, поняв, что русским помогают опытные пилоты Британии. Один из командиров советской эскадрильи так охарактеризовал союзников, общаясь с военным репортером: «Не знаю, как похвалить лучше, чем сказать, что они показали себя настоящими солдатами – самоотверженными, дисциплинированными, бесстрашными. В бою они дерутся не хуже моих орлов, и этим уже все сказано».
О бесстрашии, но уже советских пилотов, часто говорили и англичане. Их поражало умение русских подниматься в воздух, несмотря на чрезвычайные погодные условия: никто из британских асов не стал бы совершать вылет в снежный буран, практически при нулевой видимости. Об одном из советских летчиков – Борисе Сафонове, победившем в 25 боях, – его зарубежный коллега пилот Королевских ВВС Эрик Картер вспоминал: «У него полностью отсутствовал страх. Я так и не понял – либо он был сумасшедшим, либо очень и очень хорош в своем деле».
