Летят журавли полностью

Олег. Мы его… из-за денег!.. Мы!.. (Вдруг достает из кармана перочинный нож, кладет его на стол.) Нате, берите! (Вынимает из стола карманный фонарик, тоже кладет на стол.) Нате! (Приносит из коридора футбольный мяч, тоже бросает на стол.) Нате!

Клавдия Васильевна(Федору). Ты мне жаловался, что Перевозчиков еле кланяется тебе, – скоро он совсем перестанет с тобой здороваться.

Лапшин. Клавдия Васильевна, такова наша родительская участь: растим их, растим, а потом приходит какая-нибудь краля и забирает в свою собственность. Закон жизни!

Клавдия Васильевна. Я воспитывала детей, Иван Никитич, не в чью-нибудь собственность, а для людей и для них самих. (Долго смотрит на Федора.) Я не возражаю, Федор, можете переезжать! (Ушла к себе.)

За ней пошли Таня, Коля и Олег.

Федор. Я не могу сейчас уйти из дома, ты понимаешь, Леночка? Я здесь родился, вырос…

Леночка. Если ты не уйдешь сейчас, ты не уйдешь никогда.

Федор. Не сейчас, не сейчас!

Леночка. Ну хорошо, я уйду одна, ты уж мне становишься противен своей беспринципностью! Леонид, скажи ему…

Леонид. Нет-нет, я не вмешиваюсь, у него у самого есть сила воли, и он решит.

Леночка. Во всяком случае, я иду взять вещи. (Ушла.)

Леонид. Ну не будь дураком, она действительно может уйти. Иди, иди к ней!

Федор. Леня, ты мне друг, ну скажи, скажи, что мне делать? Ведь мама права, я куда-то лечу, лечу вниз… Я совсем забросил научную работу, мне самому осточертели мои статьи и эта моя суета в жизни… Я ведь совсем не этого хотел!.. Леня, я говорю с тобой о самом тайном!.. Ты знаешь, иногда мне кажется – я заору, замахаю руками… взбешусь!.. (Прошелся по комнате.) Леночка немножко не понимает меня.

Леонид. Женщины никогда не понимают склада мужского ума. Это им недоступно, знай! Она молоденькая, хорошенькая, ей хочется повертеться, пустить пыль в глаза другим, это молодость, чепуха! Пройдет! Она любит тебя, ты – ее, вот самое главное! Что же вы будете ссориться из-за пустяков!

Федор. Это же не пустяки, Леня!

Леонид. Поверь мне – пустяки, мелочь! Ты здесь издергался. У меня тебе будет спокойнее. Идем, я помирю вас.

Федор. Что делать, что делать – не знаю!

Леонид уводит Федора в комнату, где Леночка.

Лапшин. Вон как шумят… (Сыну.) Ты что мне деньги-то при всех совал?

Геннадий. А что?

Лапшин. Да ты понимаешь, что про меня люди-то подумать могут?! У Лапшина сын – ворюга! Вытянул, так и молчи, коли не попался! Нарочно, что ли, опозорить захотел? Иди-ка сюда!

Геннадий(отбежал в дальний угол комнаты, прижался там). Не пойду.

Лапшин. Иди, хуже будет. (Грозно идет на Геннадия. Подошел к нему вплотную, замахнулся на сына кулаком.)

Геннадий схватил отца за руку.

Ты чего? Пусти руку!

Геннадий гнет отца к земле.

Пусти, говорю! Откормил жеребца!

Геннадий пригибает отца все ниже и ниже к полу.

Пусти, больно! Пусти, увидеть могут… Пусти, заору!

Геннадий(отпускает руку отца). Не трогай больше… И мать не смей…

Лапшин(вдруг улыбнулся, подошел к сыну, потрепал его по щеке). Здоров!.. Идем, ехать пора.

Геннадий. Иди вперед. Иди, говорю!

Лапшин и Геннадий уходят. Входит Федор, в руках у него папка, листы бумаги.

Федор. Мама!

Входит Клавдия Васильевна.

Мама, пожалуйста, я тебя прошу – убери куда-нибудь, но чтобы никто не трогал.

Клавдия Васильевна. Что это?

Федор. Та рукопись… главная…

Клавдия Васильевна. Хорошо. (Взяла рукопись и ушла в свою комнату.)

Входит Олег. Он бросает еще на стол ремень. Братья молчат.

Олег. Я сразу двоих выгнал, а ты не можешь одну! Эх ты!

Федор. Олежка, я, может быть, еще вернусь… Знаешь… может быть…

Олег(увидел аккордеон на полу). Гена аккордеон забыл. (Взял аккордеон и убежал в прихожую.)

Входит Клавдия Васильевна.

Клавдия Васильевна(Федору). Я заперла ее в верхний ящик комода.

Федор(тихо, матери). Ты снова хочешь, как тогда?

Клавдия Васильевна. Что?

Федор. Чтобы я умер?

Клавдия Васильевна. Ключ всегда будет висеть здесь. (Вешает ключ на гвоздь под портретом мужа.)