Летят журавли полностью

(Развернул лежащую на столе газету, посмотрел в нее, отложил в сторону.) Мишуха, принеси пивка, парит шибко.

Михаил. А где оно?

Салов. В подпол, поди, Нюрка поставила.

Михаил пошел в дом за пивом. Салов встал, подошел к дверям сарая, приоткрыл их.

(Говорит негромко.) Женечка! Женька!

Ответа нет. Салов приоткрыл дверь и снова пошел к столу, но на ходу кого-то увидел за забором.

Менандр Николаич, зайди-ка.

Михаил вышел из дома.

Михаил. Нету там, Илья Григорьевич.

Салов. Значит, в погреб унесла. Поди пошарь – привыкай к дому-то.

Михаил идет к погребу. В калитку входит Менандр Николаевич. Он сильно припадает на одну ногу, видимо инвалид войны. Здоровается с Саловым.

Менандр Николаевич(показывая на выставленное во дворе имущество). К завтрашнему торжеству готовишь?

Салов. Ага!

Михаил. Здравствуйте, Менандр Николаевич.

Менандр Николаевич. Здравствуйте, Миша. Ты что, в вечернюю, что ли?

Салов. Три дня законные взял, положено.

Менандр Николаевич. То-то, смотрю, гуляет.

Михаил ушел. Менандр Николаевич здоровается за руку с Саловым.

Салов. Садись, Менандр Николаич, пивка выпьем.

Менандр Николаевич садится к столу.

Перерыв, что ли?

Менандр Николаевич. Обедать иду.

Салов. Жарища-то какая! Вторую неделю шпарит.

Менандр Николаевич. Сухо… Михаил-то к тебе уж и переехал?

Салов. Нет еще. Хочу по правилам: как завтра зарегистрируются, так уж и сюда. Приходи, субботу и воскресенье гулять будем.

Менандр Николаевич. Влетит тебе это предприятие в копеечку.

Салов. Свадьба.

Менандр Николаевич. Деньги-то где достал?

Салов. Нюрка ссуду взяла, у Михаила подкоплено было, да я страховку жизни получил. Удобная штука, понимаешь! Вносил вроде бы по мелочам, а теперь сразу двести рублей отвалили.

Менандр Николаевич. Одного винища, поди…

Салов. Самогончика добавим. Из Семеновского брательник привезет, добывает там один…

Менандр Николаевич. Не боится?

Салов. Говорят, способ новый придумал. Холодильник у него «ЗИЛ», так он в холодильнике вымораживает. Не гонит, а по-новому – холодом выпаривает.

Менандр Николаевич. Смотри ты!.. Надо узнать, как это.

Входит Михаил. Ставит на стол бутылки, стаканы.

Салов(трогая рукой бутылку). Запотела. Глотку бы не застудить. (Открывает пиво, разливает по стаканам.) Достань-ка, Менандр Николаич, белил цинковых килограммов шесть. Есть на складе-то у тебя или нет?

Менандр Николаевич. Тебе когда надо-то?

Салов. Да сегодня бы.

Все трое выпили пива. Михаил пошел к верстаку и тискам.

Это Николай просил. Катер он купил моторный, да цвет не по вкусу, перекрасить хочет. Хорош катерок. Не видел?

Менандр Николаевич. Нет.

Салов. Он его у пассажирской поставил. Поедешь в город, посмотри. Около шестидесяти сил… Да погоди, он, наверно, на нем сегодня и приедет. Точно! Михаил вон ему бензонасос перебирает взамен.

Менандр Николаевич. Белила есть, как раз завезли. Ясли красить будем. Пока ребятишки в лагере, окрасим. Только ты мне дай бидон, я налью – будто бы молоко. А то неловко, увидит какая собака.

Салов. Мишуха, принеси-ка бидон!

Михаил(заикаясь). А г-где он?

Салов. В кухне, поди.

Михаил ушел.

Менандр Николаевич. С брачком парень-то.

Салов. А ему с Нюркой не по телевизору выступать комментаторами… Да и не всегда он, иногда ровно говорит, без запинания.

Менандр Николаевич. С чего это у него?

Салов. От рождения, видать.

Менандр Николаевич. Нехорошо.

Салов. Чего нехорошо?.. Вон ты хромой, калека, можно сказать, от тебя жена и то не открестилась.

Менандр Николаевич. Так я в Отечественную…

Салов. Одним словом, Нюркино дело, не наше.

Менандр Николаевич. Это точно. А так-то он как?

Салов. Тихий.

Пьют пиво. С Волги доносится басистый гудок теплохода.

Большой сверху идет. «Илья Муромец» должен. Волга-то стала, Менандр Николаич, а? Магистраль! Теплоходы, пароходы, самоходки, толкачи туда-сюда, а?

Менандр Николаевич. Точно. В двадцатых-то годах самолетские-то чудом красоты казались, а теперь их, голубчиков, и не видно в гуще-то, вымирают… Жалко, тоже красавцы были.

Салов. По высокой-то воде им тяжело.