Летняя примета полностью

Отперев дверь, Амелия вышла на широкий портик, направилась к своему любимому уголку и забралась с ногами в старое кресло-качалку. Стояла уже середина мая, но по утрам воздух был прохладным, и ничто пока не напоминало о приближении знойного лета, когда солнце так нещадно палит нал плато Озарк. Отсюда Амелия видела ратное поле, граничащее с ее владениями и сохраненное в память о Гражданской войне. За воздвигнутым здесь мемориалом тщательно ухаживали. Сегодня над полем былых сражений висел туман, и казалось, будто дула старинных пушек, прорезавшие мглистую пелену, парят в воздухе. Но вместо вооруженных стражников Амелия увидела грациозного оленя. Появившись из зеленых зарослей, он пощипывал траву. Она затаила дыхание, боясь нарушить удивительный, почти физически ощутимый покой. Здесь ее дом, где она должна жить.

Посмотрев на облако тумана, висевшее над полем, Амелия попыталась вообразить молодых и старых солдат, которые сражались и погибли здесь. Однако сегодня она лучше представляла себе тех, кто выжил в сражении. Изможденные, но счастливые, они вышли живыми из пекла битвы и вернулись домой к женщинам, терпеливо ждавшим их. «Интересно, как это было?» – подумала Амелия. Может, те незнакомые женщины так же, как и она сейчас, вглядывались в дымку тумана в надежде на то, что их мужчины живыми и невредимыми вернутся с войны?

Словно в ответ на ее мысли из тумана вынырнул человек и побрел по полю, обходя едва различимые в белой пелене пушки. Амелия удивилась тому, как четко видна фигура незнакомца. Услышав его шаги, олениха, утопавшая в клубах тумана, приподняла голову, а потом вновь начала спокойно щипать траву. Казалось, и она услышала отголосок прошлого, но не испугалась, зная, что все в порядке.

Амелия встала, не сводя глаз с приближавшейся фигуры. Ее сердце забилось в тревожном ожидании, дыхание участилось. Лучи раннего солнца блестели в густых волосах незнакомца и падали на его широкие плечи. Он словно плыл сквозь туман, но плыл очень быстро, ибо явно торопился домой. Амелия сбежала вниз, совсем позабыв о том, что вышла из укрытия. Собаки устремились вслед за ней, однако не залаяли, а выжидали, как и она.

Хотя мужчина был еще довольно далеко и Амелия видела лишь его силуэт, она вдруг осознала, что он не молод. Амелия поняла, что, разглядев его лицо, скрытое сейчас в тени, сразу заметит на нем следы борьбы с собой. При взгляде на высокую статную фигуру этого человека у Амелии пересохло во рту и подкосились ноги.

Подойдя ближе, мужчина легко перемахнул через металлический забор, отделяющий ее владения от мемориального поля.

Он поднял голову, и Амелия наконец увидела его лицо. Мужчина был так хорош собой, что она затрепетала, и давно подавляемое желание охватило ее с неистовой силой. Глубоко посаженные сапфировые глаза мужчины сверкнули под густыми темными бровями, а полные чувственные губы раздвинулись в приветливой улыбке, обнажив ровный ряд белоснежных зубов.

Будто сомневаясь в том, что женщина рада ему, он нерешительно направился к ней.

– Прошу прощения, – заговорил мужчина вкрадчивым тоном, – но я не помню вашего имени.

Амелия удивленно заморгала: его голос вернул ее в реальный мир. Глаз такого удивительного темно-синего цвета, опушенных густыми черными ресницами, она никогда не видела. У их наружных уголков кожу прорезали морщинки – явный знак того, что этот человек любит посмеяться. Впрочем, не только цвет его глаз изумил Амелию – то, что крылось в их сапфировой глубине, поражало еще более. Она заметила в этом взгляде осторожность, смущение и юмор, но, бросившись к дому, подумала, что в нем нет ни капли жалости.

Черт возьми! Он вовсе не хотел пугать ее! Кейси даже смутился. Правда, Дайана сказала ему, что ее соседка по комнате несколько робка. Однако он не предполагал, что она боится людей. Кейси заметил ее, как только вышел из леса на ухоженное поле. Ему нравилось, что она пристально смотрит на него. Он видел также, что женщина спустилась с портика, будто хотела выбежать ему навстречу. Она изучала его так же внимательно, как и он ее.

Направляясь по полю к дому, Кейси мучительно пытался припомнить ее имя. На ум приходило все, что Дайана поведала ему о своей подруге: та была медсестрой и дежурила ночами в больнице, поэтому днем ее одолевала сонливость. А еще она отличалась застенчивостью. Но, черт возьми, как же ее зовут?

Под широкой старомодной ночной сорочкой Кейси угадал такую стройную фигурку, что ему тут же до боли захотелось увидеть обнаженными все ее плавные изгибы и выпуклости. Сердце Кейси забилось быстрее, и он уже почти поверил в то, что женщина протянула к нему руки, подзывая его к себе. Она была очаровательна. Ее густые вьющиеся каштановые волосы в беспорядке рассыпались по плечам. Казалось, она только что вылезла из теплой постели с единственной целью – выйти ему навстречу.