- Я не доглядел?!?! - в отчаянии заголосил Дима, вскакивая, словно ошпаренный. - Да я вам вчера весь вечер талдычил, что мы лишимся разведчиков! Ваш приказ был абсурдным! Вы их с широкого плеча послали прямо в руки врагов! Будто у нас разведчики на каждом шагу валяются! И потом, это не я шел в разведку. Отряд повел капитан Владимир. С него и спрашивайте!
И Дима с пылающим от гнева лицом сел обратно. Денис призадумался, склонив голову на бок.
- А вы знаете, - вдруг послышался голос Славы, - что разведчики это самая ценная добыча? Они знают все: не только расположение собственных войск, штабов, секретные планы и прочее, но и очень многое о вражеском лагере (о чем, может быть, не знаем даже мы). Поэтому лишая нас разведчиков, они лишают нас информации, а сами получают ее в достаточном количестве. Я тоже много знаю, но не столько, сколько Владимир. Ведь он наш капитан.
- Ты хочешь сказать, - не поднимая головы, глянул в его сторону Денис, - его будут допрашивать? Его подвергнут пыткам?
- А до вас только сейчас дошло? - огрызнулся Слава.
- И что? - грелка Дениса съехала на бок.
- Вовка ничего им не скажет, - уверенно ответил Слава. - Он будет молчать до последнего. Вот только что для него будет последним?...
- Его надо вернуть, - вразумительно произнес генерал Вадим.
- Как?!? - Денис стукнул ручкой по столу и сломал ее.
- За него нужно предложить выкуп, - оживился Дима, нервно откусывая заусенец.
- Так если капитан ничего не скажет, - рассуждал Денис, - значит, нам ничего не грозит.
- Зато ему грозит! - не унимался Слава. - И потом, в плену два разведчика. Вдвоем заставить говорить легче.
- Как это? - удивился Денис.
- Если одного из них будут пытать на глазах у другого, то тот предпочтет сам терпеть мучения, чем своим молчанием причинять боль другу. И кто-то из них расколется.
- Ладно, - процедил Денис, откидываясь на спинку стула. - Майор Максим, пишите мое прошение под диктовку!
Все замерли в ожидании. Согласно прошению право выбора формы выкупа (в пределах разумного, естественно) предоставлялось Белому лагерю. Сейчас было важно вернуть капитана обратно. От этого зависел ход войны.
Вова сидел на кровати. Следы побоев уже частично были скрыты под бинтами. Уже не было видно красных полос от врезавшихся в запястья веревок, распухших и ободранных ссадин на руках и ногах. Синяки и красно-черные кровоподтеки на груди и животе Аня смазала заживляющей мазью, а на кровоточащие раны на спине наложила марлевую повязку.
Вова сидел, чуть прикрыв глаза. Аня, слегка касаясь смоченной марлей его разбитого лица, стала его умывать. Она с трудом высвободила прядь его светлых волос из рваной ссадины на лбу. Разведчик лишь слегка поморщился. К счастью на лице не оказалось никаких серьезных повреждений, и Аня, приложив ненадолго холодную тряпку ко лбу, вскоре перевязала разведчику голову.
- Ну вот и все, - облегченно вздохнула девушка, еще раз внимательно оглядывая Вову с ног до головы. - Как ты себя чувствуешь?
- Честно? - медленно проговорил он. - Отвратительно.
- Чего-нибудь хочешь?
- Да, пить.
Аня достала из шкафа графин с водой, налила в стакан и подала пленнику. Тот залпом и с жадностью выпил до дна. Еще никогда в жизни он не хотел так пить!
- Что теперь? - устало спросил Вова.
- Ничего, - чуть улыбнулась девушка. - Сейчас я тебе принесу поесть и переодеться.
И она вышла. Вова медленно опустил голову. Его судьба ему была неизвестна. Наверное, вечером его будут допрашивать. Ну что ж, до вечера он еще может выспаться и набраться сил. Ведь для допроса нужно очень много сил. Если ему, конечно, дадут сейчас хоть немного отдохнуть.
- А что с Мишей? - спросил Вова, как только девушка появилась в комнате.
- Он здесь. С ним полный порядок. Чуть позже я обязательно зайду к нему и поблагодарю его. Ведь это он позвал меня в тюрьму сегодня утром... - и она как-то задумчиво замолчала на мгновение. - Да, я принесла тебе одежду. Это моего брата. Надеюсь, подойдет.
Вова вдруг удивленно поднял на нее свои голубые глаза, о чем-то догадавшись.
- Так ты... что, сестра Сергея, главнокомандующего Белым лагерем?
- Да, - ответила Аня. - Если бы я ею не была, тебя бы не было здесь, в этой комнате.
Оставив пленнику поднос с едой и удостоверившись, что он больше ни в чем не нуждается, Аня спустилась в большой кабинет, где учинила грандиозный допрос. Сначала она вела суровую беседу с ефрейтором Юрием, который после долгого ломания и отговорок рассказал, как еще до войны поссорился с капитаном Владимиром, как жестоко избил его ночью в лесу, а утром, нарушив строгий приказ лейтенанта Александра, пришел в камеру пленника с друзьями, чтобы продолжить издевательство. Причину такого поведения он объяснил расхождением в политических взглядах со своей жертвой. Получив от Юры нужную информацию, Аня приказала запереть его в тюрьму и не спускать с него глаз.
