И тут же взревело, завыло со всех сторон!
Эти твари и в самом деле чуют применение умений.
С крыши уже несся в мою сторону ослепительный плазменный шар. В двадцати метрах левее, у книжного магазинчика, буквально из тени появилась огромная туша с острыми клешнями. Еще правее, что-то громко трещало в кустах. Дальше отслеживать мне было некогда — мой организм, повинуясь боевым рефлексам, нырнул в подворотню, уклоняясь от выстрела.
Кувырок, другой. За спиной возникла ослепительная вспышка, кинув мою черную, контрастную тень на кирпичную стену. Взрывная волна толкнула в спину, пришедшая следом волна жара, обожгла кожу.
А я уже бежал обратно. Из подворотни на центральную улицу. На Ленина. Нельзя мне скрываться, прятаться. Наоборот, мне нужно привлекать к себе внимание!
Пригибаюсь. Стремительно, на рефлексах. И над головой проносится ужасающая клешня прибежавшего роевца.
БАХ
Стреляю в упор. Разогнанная пуля с расстояния не более полуметра пробивает его панцирь. Тварь отбрасывает на противоположную стену.
А мне некогда добить его. Уже слышу топот приближающегося следующего противника.
Несусь со всех ног.
Сзади вспыхнуло и я кидаюсь в бок. Прыгаю через заборчик. Рывок за дерево.
Взрыв, и ревущее пламя поджигает тополь, за которым я прячусь.
Дьявол, их плазменные пушки очень страшное оружие! Хорошо, что стреляют не так часто.
Бегу дальше, постоянно вслушиваясь и как только топот и рев за спиной становятся совсем близки, вновь прыгаю, перекувырнувшись. В полете разворачиваясь. Нацеливаясь. Стреляя.
Дикая энергия пули кидает преследователя на землю и он вновь ревет, но уже от боли.
Цель уже рядом, нужно чуть оторваться от уродов.
Останавливаюсь, мгновенно меняя магазин на заряды с картечью.
БАХБАХБАХБАХБАХ
Без прицела, без умений, стреляю по силуэтам, всаживая стальные шарики куда придется. И тут же рву дальше. До входа на стадион мне нужно пробежать всего сто метров. Высокая его громада скрыта во тьме. Ни один фонарь не горит поблизости. И только небольшая, тусклая лампочка подсвечивает широкий проход внутрь. Словно направляя и показывая — сюда, все сюда.
— Я тут! — ору со всей силы, пробегая между центральный колонн. В одной из стен открывается дверь и высунувшаяся оттуда крепкая рука, хватает меня, затаскивая в убежище.
— Тшшш, — шепчет мне Степаныч, зажимая рот ладонью.
Мы замерли, прислушиваясь к звукам снаружи.
Где то недалеко, с ревом пролетел вертолет. Надеюсь военный. Надеюсь, летит убивать тварей.
Степаныч трогает меня за плечо и машет рукой — пошли. Мы уходим в глубь, в лабиринт коридоров и комнат, поднимаемся по лестницам, в темноте запинаемся, натыкаемся на двери, и в какой то момент оказываемся высоко на трибунах.
Мой напарник, скрывшись за бетонной перегородкой, показывает куда то в строну. На большой темный проем. Вход на поле стадиона.
На поле выбегает человеческая фигура, всматривается в широкий проход и посылает в нее очередь из Калашникова. Разогнанные умением пули, словно лучи из бластера, уносятся в глубину прохода.
Вот человек, заорав, убегает к трибунам и тут же из темноты вырывается плазменный шар. На мгновение осветив стадион, стремительным росчерком пролетев над полем, он врезается в противоположную трибуну. Взрыв. Пластиковые стулья опаленными тряпками, мгновенно теряя, от высокой температуры, форму, взмыли в воздух.
И тут на поле выбежали, явно подстёгнутые азартом погони шесть инопланетян. Замерли, внезапно оказавшись в центре огромного пустого пространства. Незнание местной архитектуры вновь сыграло с ними дурную шутку.
Наш человек, сидевший в диспетчерской не стал медлить. Защелкал тумблерами и переключателями, подавая энергию на прожектора.
Зеленое поле, расчерченное длинными белыми линиями, залило море огня. Световые столбы упирались в него, уничтожая темноту, выжигая любой намек на тень. И на нем, словно букашки под микроскопом, застыли чудовища. Их панцири побиты во многих местах, кое-где из проломов в броне сочится бурая жижа, у одного нет клешни. Но они опасны. Смертельно опасны.
— ОГОНЬ!! — Заорал я со всей дури, во всю мощь своих прокаченных легких.
И со всех сторон огромного амфитеатра в центр, в скопление черной грязи на зеленом, ровном поле, полетели выстрелы. Огненные росчерки, всполохи трассеров, потоки стали и свинца сомкнулись в одной точке. Выжигая, испепеляя, уничтожая.
И этих огневых точек, извергающих килограммы металла, оказалось, на удивление много.
— Откуда столько? — заорал я, перекрикивая выстрелы, Степанычу.
— Спецназ подошел, — по губам прочитал я.
Потому что, перекрывая все звуки, забивая весь дипазон, внизу раздалось одновременно несколько взрывов. Перед этим, дымовые следы ракет, сразу с нескольких трибун протянулись до поля.
бббббааААААММММММММ
Огненный шар, вспух в месте разрывов
ббббааАААААААААААААМММММ
Еще один шар пламени выплеснулся следом.
Сжигая траву, превращая стоявших на ней чудовищ в бегающие и ревущие от боли живые факела.
На внутреннем взоре, перегораживая все, зажглась надпись:
