Вся его лобовая броня была покрыта сотнями щербин-попаданий от пуль, осколков и небольших снарядов. Часть наружных элементов и креплений сорваны близкими взрывами, длинная антенна сломана, левый бок закопчен до черноты ночи. Он мчал вперед, почти не разбирая дорогу, превращая в абсолютно плоские лепешки трупы тех несчастных, что были раздавлены безумной толпой.
За первым танком показался второй, третий. Проехав чуть дальше наших укреплений, метрах в тридцати, за нашими спинами, они разворачивались, направляя стволы орудий на берег, где только что были.
Дальше, за ними проехало несколько бронетранспортеров, которые помчались вдаль мимо нас даже не притормаживая, и затем еще один, тарахтящий, еле ползущий «Абрамс»
БААММ!
Выбрасывая облако дыма и искр, орудийный ствол танка стоящего за нашими спинами с оглушительным грохотом исторг из себя снаряд. Мелькнув стремительным росчерком, тот пронесся мимо еле ковыляющего танка и взорвался где-то за мостом, в темноте.
БАМММ!
Второй танк решил не отставать и тоже стрельнул в невидимых мне врагов.
Я до боли вдавил край прицела в глазницу, вглядываясь в сполохи на той стороне моста. Губы засохли, сердце еле стучало.
Внезапно, в круг света, там, вдали, вновь выбежали гражданские. Еще беженцы!
Мужчины и женщины, такие же изнеможённые и окровавленные как те, что побегали мимо еще полчаса назад.
Только почему они с оружием? Я видел вороненые стволы примерно у каждого третьего гражданского.
— Огонь на поражение! — внезапно заорала рация. — Это враг!
И буквально через секунду, наши Браунинги хлестанули по наступающей толпе двумя сверкающими струями пятидесятого калибра. Каждая вторая пуля в их лентах была трассирующей и эта извивающаяся, огненная лента воткнулась в серо-черную массу, медленно и неотвратимо натекающую на нас.
Брызнула кровь.
Гражданские, заорав, стали увеличивать скорость. Секунда-другая и они уже неслись по мосту во весь опор. Черная тень наползала на серую поверхность моста.
Три ленты моста, каждая из которых по пять полос движения, очень скоро заполнилась огромным количеством бегущих людей.
Это страшно. Казалось, неумолимая и несокрушимая волна, захлестнувшая мост, со скоростью грузового курьера движется на нас.
Наш взвод начал стрелять.
Сорок стволов вспыхнули пламенем. посылая во врагов килограммы свинца. Выбрасывая огненные султаны, пулеметы молотили с дикой скоростью пожирая ленты питания. Автоматические пушки «Бредли» хлестали очередями полукилограммовых снарядов. Время от времени, «Абрамсы» громоподобными выстрелами из своих пушек вносили свой вклад в этот безумный концерт.
Огненная река схлестнулась с темной массой. И темная масса споткнулась.
Бах, бах.
Прицелился. Бах, бах. Перевел ствол чуть левее. Бах, бах.
Все так, как нас учил инструктор, приезжавший сюда день назад.
— Только в голову,- говорил он.- Стреляйте им в голову. Попадания в корпус совершенно не эффективны. Несколько пуль в башку, только так!
Вот в четырехкратном прицеле возникает лицо женщины. Оно совсем не злое, я бы даже сказал добродушное.
Бах, бах.
Две пули в лоб, против моего ожидания совсем не превращают ее голову в разбитую вазу. Маленькие, аккуратные дырочки отметили место попадания и все.
Она не упала, она не умерла.
Она продолжила бежать дальше.
И это далеко не первый такой случай.
Я расстрелял уже две обоймы, и могу с уверенностью сказать, что из двадцати попаданий, только семеро противников точно упали с расколоченными в хлам бошками. Остальные словно и не заметили моих восьмиграммовых подарков в их головах.
Никогда раньше я не стрелял по людям, только по мишеням, и с тревогой ожидал этого момента. Но и эти, бегущие на нас, тоже не были людьми, и уже давно. Поэтому я стрелял без сомнений и душевных переживаний.
Хотя очень скоро мне стало понятно, что мы не удержим. Пятисотметровый мост, протянувший свои длинные полосы от одного берега до другого, уже более чем на половину был заполнен наступающими на нас врагами, и все наши усилия, все наши старания и попытки остановить их не приводили к нужному результату. А ведь они даже не стреляли в ответ!
Накаркал!
Из бегущей толпы вырвался дымный след реактивного снаряда, набрав высоту он воткнулся в крышу одного из «Абрамсов». Внутри полыхнуло, бахнуло. Крышки люков в башне и корпусе танка сорвало внутренним давлением, и оттуда вырвались ревущие столбы пламени.
Не удержим!
Часть наступающих увеличило скорость. Они оторвались от основной массы и рывками, на которые простой человек просто не способен, прыгая из стороны в сторону, пытаясь увернутся от встречного огня, неслись к нам.
К счастью, пулеметчики вовремя среагировали на непредвиденную опасность и вгоняли в таких прыгунов по доброму килограмму свинца, после которого, те падали.
Но их было очень много!
Не успеем!
Краем глаза замечаю, как наш лейтенант бежит в штабную палатку.
Вгоняю две пульки в ближайшего прыгуна и падаю на землю, затыкая ладонями уши, открываю рот.
ВЗРЫВ
