Летний Рыцарь. Лики смерти полностью

— Вы должны, — сказал Широ.

Он опустился на колени рядом с Дейдре, уперся коленом в ее позвоночник и обвил одной рукой ее горло. Она попыталась пошевелиться, но он чуть надавил, и она, негромко взвизгнув, застыла. Широ взмахнул Фиделаккиусом, стряхивая кровь на стену. Потом плавным движением убрал меч в ножны, вытащил из-за пояса и протянул их мне рукоятью вперед:

— Возьмите.

— Э-э-э… — пробормотал я. — Я не слишком-то хорошо управляюсь с такими штуками.

— Возьмите.

— Майкл и Саня будут не очень довольны мной, если я сделаю это.

Широ помолчал немного.

— Они поймут, — произнес он наконец. — Так берите же.

Я сглотнул и повиновался. Деревянная рукоять меча казалась слишком теплой для этой каморки, и я ощутил легкое жужжание пульсировавшей в нем энергии. Я стиснул рукоять из всех остававшихся в моих руках сил.

— Они за вами погонятся, — негромко сказал Широ. — Ступайте. Второй поворот направо. По лестнице наверх.

Никодимус глядел мне вслед, когда я, шатаясь, вывалился из комнаты в темный коридор. Мгновение я смотрел на Широ. Он опустился на колени, продолжая удерживать Дейдре за шею и глядя на Никодимуса. Я разглядел морщинистую кожу у него на шее, старческие пятна на бритой голове. Тень Никодимуса разрослась до размеров киноэкрана, захватив всю заднюю стену и большую часть пола, дергаясь и медленно подползая все ближе к Широ.

Я повернулся и двинулся по туннелю так быстро, как только позволяли ноги. Сзади до меня донесся голос Никодимуса:

— Держи свое слово, японец. Отпусти мою дочь.

Я оглянулся. Широ отпустил девушку и поднялся с колен. Она отпрянула, и в то же мгновение тень Никодимуса волной накатила на старого Рыцаря и захлестнула с головой. Только что он был здесь — а в следующее мгновение все помещение заполнилось чернотой. Клубящейся, клокочущей массой Никодимусовой тени.

— Убейте чародея! — прорычал Никодимус. — Верните меч.

Откуда-то из темноты донесся дикий животный крик Дейдре. Я услышал звук рвущейся плоти, треск ломающихся костей, стальной лязг волос динарианки — и сразу же с полдюжины стальных лезвий взметнулись из темноты и устремились ко мне.

Я отшатнулся, и они не достали до меня какого-то десятка дюймов. Я повернулся и побежал шатаясь. Я не хотел бросать Широ здесь, но и оставаться смысла не имело: я бы просто погиб вместе с ним, вот и все. Стыд жег меня огнем.

Все новые ленты-лезвия выныривали из темноты, — судя по всему, Дейдре преображалась в свое демоническое состояние. С минуты на минуту она могла броситься за мной, и если я не заставлю тело слушаться, меня не спасет уже ничего.

Поэтому я собрался с силами и снова бросился наутек. Я бежал и ненавидел себя за это.

Крик за моей спиной стих быстрее, чем я ожидал, но я старался по возможности не сбавлять скорости и держаться прямой линии. Вокруг царила почти полная темнота. Я заметил пару дверных проемов слева, но не останавливался до тех пор, пока не добрался до второго поворота направо. Свернув туда, я обнаружил лестницу из стальных скоб, поднимавшуюся по стене какой-то шахты; откуда-то сверху, с высоты эдак семи сотен миль, струился свет.

Я успел подняться скобы на две, когда что-то врезалось в меня на уровне коленей, схватило за ноги и дернуло вниз. Я свалился обратно, и трость со стуком покатилась по каменному полу. Перед глазами мелькнуло мужское лицо, а потом нападавший испустил нечленораздельный рык и врезал мне кулаком в левый глаз.

Удар швырнул меня на пол. Приятной новостью оказалось то, что он не снес мне, к чертовой матери, голову или хотя бы лицо, из чего следовало: тип, нанесший удар, скорее всего, смертный. Плохой же новостью стало то, что он заметно превосходил меня массой, да и мускулатуру имел, похоже, покрепче. Он навалился на меня, пытаясь стиснуть горло.

Я втянул голову в плечи, пытаясь помешать ему оторвать ее. Он замахнулся было кулаком, однако хороший удар трудно нанести, катаясь по полу в темноте. Он промахнулся, а я начал драться не по правилам — попробовал выцарапать ему глаза. Похоже, один ноготь попал-таки в цель, потому что он заорал и отпрянул.

Мне удалось сбросить его с себя и как следует ударить ногой. Он упал, перекатился и начал вставать.

Я лягнул его в голову взятым напрокат парадным ботинком. Ботинок слетел с ноги — уверен, с Джеймсом Бондом такого бы не случилось. Ублюдок пошатнулся, но не упал, так что я лягнул его другой ногой. Крепкий попался, гад. После этого удара он снова сделал попытку подняться. Я нагнулся и принялся молотить его по загривку кулаком — раз-два-три… Кажется, колотя его, я кричал. Зрение заволокло красной дымкой.

Это наконец подействовало: ублюдок ткнулся физиономией в каменный пол и затих.

— Сукин сын, — выдохнул я, шаря взглядом по полу в поисках трости старого Рыцаря. — А вот не позволю дрючить себя в задницу…

— День добрый, и с выигрышем, — сказала Сьюзен.

Она одолела последние ступени и спрыгнула на пол. На ней снова были черные кожаные штаны и темная куртка. Она подошла к громиле и проверила, не притворяется ли он.

— А где Широ?

Я покачал головой:

— Он не придет.