За тридцать долларов в неделю – за ту самую сумму, которую они не захотели платить миссис Брюстер, – они арендовали полностью обставленный плавучий дом на Фэр-айл-стрит, выступающей в залив между Мемориальным парком и недавно расчищенной под строительство Благотворительного госпиталя площадкой. В доме имелась небольшая кухня с маленькой плитой, гостиная, ванная с туалетом – и две спальни!
Энтони, конечно, как и в доме Нелли, отказался спать один. Но на этот раз Татьяна проявила твердость. Она оставалась с сыном примерно час, пока он не засыпал в своей собственной постели. Матери нужно было место для себя лично.
Когда совершенно нагая Татьяна, даже без тонкой шелковой сорочки, лежала в двуспальной кровати перед Александром, она думала, что стала другой женщиной и занимается любовью с другим мужчиной. В спальне было темно, и Александр тоже разделся – ни футболки, ни шортов, ничего. Он был нагим, он лежал на ней, он даже что-то бормотал – слова, каких она не слышала очень долго, – и он двигался медленно, чего также не делал очень давно, и Татьяна вознаградила его могучим оргазмом и робкой просьбой продолжить, и он так и сделал, но почему-то для нее это оказалось уже слишком; он поднимал ее ноги и теперь двигался с такой силой, что из ее пересохшего горла вырывались крики боли и наслаждения, но она хотела еще… и он даже приоткрыл ненадолго глаза, глядя на ее молящие губы.
– О боже мой, Шура…
Она увидела его испытующий взгляд; он прошептал:
– Тебе нравится вот так, да?
Он поцеловал ее, но Татьяна откинулась от него и заплакала. Александр вздохнул и снова закрыл глаза, и на том все кончилось.
Александр собирался отправиться на поиски работы, Татьяна хотела бы отнести их одежду в прачечную самообслуживания. Но такой прачечной поблизости не было.
– Может, нам следовало снять дом ближе к прачечной?
Александр перестал рассовывать по карманам сигареты и деньги и уставился на нее:
– Так, давай проясним. Плавучий дом на Атлантике, прямо на воде, как ты уже видишь, или дом рядом с прачечной? Ты предпочтешь второе?
– Я не предпочитаю, – ответила она, смутившись и порозовев. – Но я ведь не могу стирать твою одежду в океане, так?
– Подожди, пока я вернусь, и мы решим, что делать.
Когда он вернулся, уже во второй половине дня, он сообщил:
– Я нашел работу. Причал Мэла.
Лицо Татьяны стало таким унылым, что Александр рассмеялся:
– Таня, у Мэла свой причал по другую сторону Мемориального парка, отсюда десять минут пешком вдоль набережной.
– А у Мэла тоже одна рука, как у Джимми? – спросил Энтони.
– Нет, малыш.
– А от Мэла пахнет рыбой, как от Джимми? – спросила Татьяна.
– Не-а. Мэл сдает в аренду лодки. И ищет кого-то, чтобы управляться с ними и еще катать людей дважды в день по заливу и к Майами-Бич. Мы пройдем там, люди посмотрят разные виды, а потом мы вернемся. Я буду водить моторную лодку.
– Но, Александр… А ты говорил Мэлу, что не умеешь водить моторную лодку?
– Конечно нет. Но я и тебе не говорил, что не умею водить дом на колесах.
Татьяна покачала головой. Это было что-то новенькое.
– С половины восьмого до шести. И он будет мне платить двадцать долларов. В день.
– Двадцать долларов в день! – воскликнула Татьяна. – В два раза больше, чем на Оленьем острове, и тебе не придется пахнуть рыбой! Как он может позволить себе так много тебе платить?
– Судя по всему, одинокие богатые леди обожают устраивать прогулки на лодках на дальних пляжах, пока ожидают возвращения своих мужей с войны.
Татьяна отвернулась, чтобы он не видел ее лица.
Он обнял ее сзади.
– А если я буду очень мил с этими леди, – продолжил Александр, отводя ее косу, чтобы поцеловать в шею, и прижимаясь к ней бедрами, – они иногда будут оставлять капитану чаевые.
Татьяна понимала, что он пытается рассмешить ее, говорить легко, и, хотя по ее щеке сползла слезинка, она сказала, поглаживая его руку:
– Что ж, что ты действительно умеешь, так это быть милым с леди.
Утром в семь часов, когда Александр уже готов был отправиться на причал, он сказал Татьяне:
– Около десяти приходи туда. Мы как раз будем выходить на утреннюю прогулку. – Он поднял Энтони, который все еще был в пижаме. – Малыш, я собираюсь взять тебя с собой на лодку. Будешь помощником капитана.
Энтони просиял:
– Правда? – И тут же его лицо изменилось. – Я не могу, па.
– Почему?
– Я не умею управлять лодкой.
– Я тоже, так что мы на равных.
Энтони поцеловал отца.
– А я тоже пойду? – спросила Татьяна.
– Ты пройдешься с милю до магазина, купишь еды и найдешь прачечную. Или крем для загара. – Он улыбнулся. – Делай что хочешь. Но вернись в половине первого, чтобы забрать его. Мы можем пообедать вместе, прежде чем я снова отправлюсь катать туристов в два часа.
Татьяна поцеловала мужа в губы.
