Капитан, в очередной раз, судорожно вздохнул.
- Ты что, недоумок, всерьeз думаешь, что я пойду по оставленному вами следу? - Подполковник подтащил к себе своего пленника. - Ты забыл, что я полтора десятка лет служил в армейской контрразведке?
- Дядя Анджей, майор Качинский приказал! - Предпринял последнюю попытку капитан Витковский, окончательно отбросивший свой псевдоним.
- Я тебе сказал, что майора уже нет. - Подполковник старался сохранить спокойный вид. - Пришло время отвечать и всем остальным! Чем ты оправдаешь себя?
Подполковник с трудом сдерживался. С тех пор, как он обнаружил в придорожном лесу "распяленное" между соседними берeзами тело своей шестнадцатилетней дочери, подполковник "тронулся умом", ожидая только одного - наказания убийц своей любимой Стаси. Чего бы ему это не стоило! И кто бы это не сделал!
А на всe остальное ему наплевать!
Пришлось отбросить красноармейские звездочки, которые ему подбросили в качестве "улики". Закрыть глаза на вырезанные на спине и грудях пленницы "красные звeзды". Достоверные сведения указывали, что большевики не балуются такими знаками своего присутствия, предпочитая сожжeнные танки и разгромленные рубежи обороны.
А в последнее время добавили повешенных любителей позверствовать, прикрываясь именем советских солдат. Причeм, вешали этих тварей со всеми нужными комментариями, поясняя на табличке - кто повешен, кого, когда и каким образом убил. Эффект был просто потрясающий!
Пытались там визжать, оскорблeнные в своей "непредвзятости" свободные средства массовой информации англоязычных стран, но мерзкие русские опять-таки обнародовали "грубую бухгалтерию" этих действий, вызывая у цивилизованных европейцев пренебрежение и непонимание своей "тупой славянской наивностью".
Всe это подполковнику Вилку было прекрасно известно. Приходилось вынимать из, вполне заслуженной, петли всяких деятелей "сопротивления". Причeм, некоторых из них подполковник, с превеликой радостью, повесил бы сам. Главной интригой этого действа было то, что "рукой божьей", в данном случае, выступали безбожные большевики.
Подполковник отвернулся от пленника. Всe, что его непутeвый племянник пытался привести в своe оправдание, было подполковнику прекрасно известно. Он сам, в аналогичном случае, привeл бы более убедительные оправдания. Подполковник кивнул своему помощнику. Хорунжий извлeк из своего бездонного вещмешка веревку и кинулся искать ближайшее подходящее дерево.
Не стоило нарушать традицию, взятую на вооружение большевиками.
Пленник дeрнулся, но понимая, что для него всe уже закончилось, смирился.
Вскоре вернулся хорунжий, молча кивнул, поясняя, что задание выполнено.
- Что писать, пан подполковник? - Спросил он, протягивая своему командиру заранее заготовленную "табличку висельника".
- Пиши, что "казнeн убийца и вор Адам Пшегота". - Ответил подполковник.
- Что, дядя, боитесь опозорить своe благородное имя? - Попытался подать голос пленник.
- Заткнись идиот! - Мрачно бросил подполковник Вилк. - Я пытаюсь позаботиться о твоей матери, которой неприятно будет слышать, что сына повесили за убийство троюродной сестры. И спасаю от общего презрения и ненависти твоих братьев, не виноватых в том, что старший брат оказался убийцей и садистом.
- А если мы одержим победу? - Привeл последний повод капитан Витковский.
- Идиот, ты что не видел реакцию местных хуторян на нападение большевиков?
- А причeм тут их реакция? - В свою очередь удивился капитан.
- Ты видел кого-нибудь, кто бы вас поддержал? - Начал пояснения подполковник. - И давно уже никого не видел! - Продолжил он вдалбливать своe мнение племяннику. - Везде вас только терпят. Подобострастно кланяются и плюют в спину, стоит только отвернуться.
- Хлопы всегда такими были! - Ответил ему капитан Пшегота.
- Значит нужно делать выводы из этого, кретин. - Вспыхнул вдруг подполковник. - А вы начали их зверски резать, выставляя виноватыми русских. Вы что, действительно, поверили, что они не узнают, кто это сделал на самом деле?
- А кто собирается спрашивать их мнение? - Бросил капитан Пшегота.
- Ну всe! Хватит! - Решился, наконец-таки подполковник. - Хорунжий, найдите для него подходящее дерево и не забудьте повесить табличку!
Подполковник отвернулся и пошeл вдаль от места казни, страшась поменять своe мнение.
Старший лейтенант Аникушин прикидывал потери своей роты после этого боя. Погибло не так уж и много, учитывая внезапность нападения. Ранено, конечно, было больше, но вполне терпимо. По крайней мере, он ожидал от исхода этого боя намного более худших результатов. Но пронесло!
Всех "своих" решено было вынести с поля боя, чтобы похоронить в отдельном месте, в том числе и одного поляка. Польского подполковника больше всего поразила "странная логика" красноармейцев, согласно которой погибшие в одном бою считаются союзниками и должны быть похоронены в одном месте.
- Матка Бозска. - Шептал поляк. - А может так и должно быть?
