— Не слишком ли круто, капитан? — Удивился милиционер. — Люди всё-таки, а не мишени.
— Люди!? Люди на фронте воюют, а не в тылу бандитствуют. — Виктор пришёл к окончательному решению. — По законам военного времени всех убийц, мародёров, бандитов, насильников, провокаторов, предателей и прочую мразь можно расстреливать на месте.
— Не объявляли же в Москве военное положение. — Привёл ещё один аргумент Сидоров.
— Я объявляю, своей властью. Пока на этой улице. — Ответил ему Виктор. — А затем и на следующих, куда дальше пойдём порядок наводить. — Добавил, видя сомнения милиционера. — Не бойся, лейтенант. Отвечать я буду.
Выстроенные у стены уголовники, увидев, как располагается напротив них шеренга бойцов с винтовками, окончательно протрезвели.
— Ты чего беспредел творишь, начальник? — Взвыл до сих пор молчавший старший из бандитов. — Ты чего нам обещал, хмырь пузатый? — Закричал он, повернувшись к завмагу.
— Это он нам свою любовницу заказал! — Вмешался фиксатый. — Она потребовала, что бы он с женой развёлся, а на ней женился.
— Врёт! — Взвился гражданин Касторский.
— А этот почему здесь? — Удивился Виктор, обнаружив завмага у себя за спиной. — Туда же его! — И добавил в расширенные от ужаса глаза гражданина Касторского. — Хищения в крупных размерах относятся к контрреволюционным преступлениям, и караются так же, как и бандитизм.
Двое бойцов оттащили завмага на другую сторону и прислонили к стене чуть дальше уголовников.
— Огонь! — Отдал команду Виктор.
Рванулся в сторону фиксатый, надеясь уйти, но поймал пулю из ТТ. Виктор опустил пистолет, глянул на стену, где падали на тротуар, приговорённые к смерти уголовники. Сползал по кирпичам, цепляясь за остатки жизни, заведующий магазином Касторский.
Виктор перевёл взгляд на лежащее, по-прежнему, тело продавщицы Софы.
Может зря он поторопился со столь жестоким решением?
Но тут же всплыли в голове слова польского подполковника о том, что "данная акция рассчитана на нерешительность и неторопливость властей, которые побоятся сразу принимать жёсткие меры, а потом — будет поздно".
— Что здесь происходит?
Виктор повернулся в сторону говорящего и обнаружил армейского командира в звании майора в сопровождении четырёх человек, одним из которых был лейтенант милиции Сиверцев. Командир двигался в их сторону, заметно прихрамывая на левую ногу.
— Восстанавливаем законность. — Бросил Виктор.
— Такими методами? — Майор кивнул на устланное талами пространство переулка.
— Используем те, которые в данный момент приносят наибольший эффект. — Отпарировал Виктор, бросил руку к козырьку. — Капитан госбезопасности Зайцев. А вы кто?
— Майор Гаврилов, командир первого батальона мотострелкового полка. — Ответил майор. — Это мои бойцы. — Он кивнул в сторону красноармейцев, сопровождавших Виктора.
— Вот и прекрасно! — Виктор достал своё удостоверение личного представителя наркома внутренних дел, протянул майору. Дождался, когда тот прочитает, и протянул бумагу, разрешающую ему подчинять себе воинские подразделения. — Переходите с батальоном в моё распоряжение.
— Есть, товарищ капитан госбезопасности. — С некоторой неохотой отозвался командир батальона. — Какие задачи поставите?
— Какой район у вас в оцеплении?
Майор протянул карту. Виктор внимательно рассмотрел расположение бойцов майора Гаврилова. Глупее было трудно придумать! Формально блокируя центральные улицы, батальон оставлял неприкрытыми многочисленные переулки и проходные дворы, по которым коренной москвич мог пройти город насквозь. Не оставляло сомнений, что и среди уголовников такие обязательно найдутся. Какой тогда смысл перекрывать улицы?
— Товарищ майор, кто вам давал приказ так расставлять оцепление? — Удивился лейтенант милиции Сидоров, разглядывавший карту одновременно с Виктором.
— А что не так? — Спросил комбат.
— Да это, даже не дырявое решето получается. — Пояснил милиционер. — А здоровенная дыра в заборе с надписью: "Добро пожаловать".
— Карту дали из штаба полка. — Майор Гаврилов пожал плечами. — Я сам города не знаю. Полторы недели в нём.
— А до этого? — Спросил Сидоров, разглядывая ногу майора.
— А до этого — на фронте! А потом полтора месяца по госпиталям! — Ответил Гаврилов звенящим голосом.
— Ладно, майор, не ершись! — Вмешался Виктор в нарастающую перепалку. — Я тоже неделю назад с фронта. С последними частями из Лодзи отходил.
Комбат с удивлением посмотрел на "тыловую крысу", куда он сразу для себя определил столичного чекиста.
— Ты мне лучше скажи — это твой КП? — Виктор ткнул в карту. Дождался кивка. — На почтамте? — Ещё один кивок. — А связь есть?
— Была. — Удивился майор.
