— Так уж вышло, — спокойно ответил Мясник. Чуть погодя, кивнул, — присаживайся к нашему столу, ежели хочешь. Расскажи, что в Мире слыхать, какие новости на дорогах?
Ривен придвинул стул и для начала пересказал наскоро известия о Большом Турнире в Энгре. Потом как бы невзначай бросил:
— Я вижу, ты здесь делами заправлять стал. А я-то гадал, чем такому ловкому парню приглянулся Вейвер…
— Так уж вышло, — повторил Гедор, и глянул на караванщика так, что тот едва не разлил пиво, рука дрогнула.
Но, торопливо хлебнув кислятину, воин продолжил:
— Значит, сеньора ты убил, а сам…
— Не нужно, Ривен, — негромко произнес Мясник. — Не говори слов, о которых мы потом оба пожалеем. Случайно так вышло с господином ок-Дрейсом, я не хотел. Но сделанного не вернуть, нужно жить с этим.
Произнеся слишком длинную для него фразу, разбойник замолчал и покосился на жену. Ты сидела тихонько, сложив руки на округлившемся животе. Ривен проследил взгляд собеседника, Ривен поспешно согласился:
— Понимаю. Жить нужно, конечно.
Когда Гедор его перебил, Ривен приметил, чуть Торчок с Селезнем переглянулись и очень уж дружно пошевелились. Руки оба сунули под стол… и хотя мастер Ривен был не робкого десятка, но это неторопливое движение его даже слегка напугало. Нехорошо как-то караванщик себя почувствовал, так что решил не заводить опасного разговора, а убраться подобру. Собирался переговорить с новым хозяином Вейвера, предложить кое-что… но беседа не заладилась, лучше после.
— Ну, не стану мешать, что ли, — Ривен допил пиво и поднялся.
— Что ты, мастер, разве ты можешь мне помешать? — так же тихо проговорил Гедор, и его тон Ривену еще больше не понравился.
— Да я не к тому… устал с дороги, — воин сам себя не понимал, вот он уже и словно оправдывается, — пойду на боковую. Завтра переговорим, что ли? Дельце тебе хотел предложить.
— Приходи завтра в Совет, — напутствовал Ривена Мясник, — там с утра буду. Поговорим.
Наутро Ривен сомневался, заводить ли разговор, больно крут теперь давешний знакомец заделался… но сомнения сомнениями, а дело нужно делать, уж больно значительной представлялась выгода. И кроме Гедора никто не пособит. Собрался и потопал через площадь. Вейвер — городок небольшой, куда ни соберись — идти недалеко придется.
Двухэтажный дом, в котором заседал совет общины, от «Золотой бочки» отделяла площадь. Сейчас там шумел рынок — купцы, явившиеся в Вейвер под охраной молодцов Ривена, развернули торговлю. Пока что у прилавков толкались местные, городские, но вскоре разойдется слух о караване — пожалуют покупатели из округи. Но и тогда торговые ряды займут разве что половину свободного пространства, да и то вряд ли. Торговлишка здесь хилая.
У дверей в ратушу стоял стражник — башмачник. Нынче его цех охранял ворота и следил за порядком. Понятно, что обязанности ополченца были самые простые: для важности расспросить гостя, да пропустить. Ривена в Вейвере все в лицо знали, так что караванщик только сказал, что к мастеру Гедору — вот и вся церемония. Однако мастеровой гордо выпячивал грудь под проклепанной курткой и важно опирался на алебарду — все новенькое, кожа скрипит, металлические бляхи сверкают. Заметно было, что парню нравится торчать в людном месте с оружием и в латах, будто он заправский вояка.
Гедор встретил приветливо, вежливо, будто не было вчерашнего нехорошего разговора. Правда, в глаза собеседнику глядеть Ривен так и не решился, уж очень тяжкий взгляд у доброго мастера. Слово за слово — пошел приличный разговор. Дело у Ривена было впрямь интересное.
— Сговорился я нынче с одним купцом, — принялся объяснять караванщик, — звать его Томен Пеко, а по-ученому Пекондор.
— Не слыхал, — коротко отозвался Гедор.
— Понятно, что не слыхал. Он недавно в гору пошел. Чародеем начинал и, говорят, кое-какие славные дела по этой части провернул. В Верне, в Ливде отличился.
Услышав о Ливде Гедор оживился, спросил, чем именно там маг занимался. Подробностей Ривен не знал, объяснил только, что тогда Пекондор крепко графу угодил, и монет загреб немало.
— Так вот, он задумал деньги, нажитые волшбой, пустить в оборот, да так, понимаешь, успешно, что мигом капитал умножил. Занимается тем, что, сговорившись с господами, возит соленую рыбу по городкам, вроде Вейвера, которые подальше от побережья. В той же Ливде соленая рыба ничего, считай, не стоит — а чуть от берега, и она в цене! Он, Пекондор-то, своим колдовством, многим сеньорам важные услуги оказал, а после — знакомства правильно использовал. Теперь сам не ездит, сидит с молодой женой в своей Мирене, ну изредка разве что выберется в Ливду, вот как. По делам приказчиков шлет.
Гедор покивал, подождал, пока гость перейдет к делу. Пока что эта история не имела отношения к Вейверу.
— А теперь, мастер Гедор, я тебе такие вещи скажу, которые ты, будь уж ласков, не трепи.
— Я не из болтливых.
