— Здравствуй， мальчик, — ответила та с некоторым раздражением. «Что надо?» — мелькнул в её глазах немой вопрос.
— Помогите， пожалуйста. Я на самолёт опоздал. Проспал. А моя команда улетела на соревнования. Мне очень нужно попасть на них. Просто если меня на соревнованиях не будет, то я не смогу получить разряд. Значит, осенью меня не возьмут в сборную по самбо. Прошу вас очень, помогите.
— Мальчик， не положено. Иди покупай билет, — ответила строгая проводница.
— Не могу я купить билет，их в продаже нет.
— А родители твои где?
— Я живу в Зеленограде, они сейчас на работе, — врал я.
— Тебя же они искать будут? — допытывалась он.
— Нет, они знают, что я уехал на соревнования, но думают, что я улетел на самолёте вместе с командой. Они же не знают, что я проспал. Тетенька， помогите. Вот у меня есть деньги за проезд. Пожалуйста. Вот. — я показал ей 50 рублей.
Глазки у тёти заблестели… 50 рублей, почти без риска… но… Как ни жаль было проводнице такого хорошего мальчика, всё же предосторожность в этом деле была нужна.
«А вдруг он эти деньги украл? Да… Что же делать? Ведь денег-то срубить тоже хочется. Тем более， этот пионер, наверное, не знает реальную стоимость проезда».
«Давай же… хватит сиськи мять… Решайся же!.. Н-да… что-то долго я с ней разговариваю. Может быть попробовать к другой тёте или к другому дяде обратиться. Время-то уходит. Поезд тронется через двадцать минут, а она тут ни в какую. Ведь до этого же брала!»
— Это откуда же ты взял такие деньги?
— Я на мопед копил. Но решил их потратить сейчас. Ничего страшного, — успокаивал проводницу я, заметив угрюмое лицо. Папа сказал, что если я хорошо закончу четверть, то мопед он мне и так купит.
Та сосредоточенно меня разглядывала.
«Что я несу?! Какой бред! Но тётенька по ходу не сообразила, какие могут быть оценки за четверть в начале августа? Просто жесть! Нервы!.. Ладно， не срослось. Вежливо прощаемся и уходим».
— Это у тебя последние деньги? У тебя есть еда в дорогу？ Ехать-то почти двое суток, — «родила»， наконец， проводница. Лёд по всей видимости тронулся.
— Нет， не последние. Вот, на еду ещё есть, — я показал ей ещё 10 руб. Видя расплывшуюся улыбку на лице собеседницы， я понял, что лёд не только тронулся, но и растаял.
— Ладно， пожалею тебя. Я сегодня добрая, проходи, — сказала она, посмотрев по сторонам. Зайдя в тамбур, она протянула руку и я передал ей 60 рублей. — Поедешь со мной в моём купе. Будешь моим охранником на рейс, если уж ты спортсмен.
Ну ни хрена ж себе «какая жалостливая тётя»， мало того, что обобрала ребёнка как липку, ведь билет стоит в районе 15–20 рублей, так ещё и в охрану припахала.
Жила проводница в полукупе. Проще говоря, обычное купе, разделённое наполовину и рассчитанное на двух человек. Две полки, одна верхняя， другая нижняя. Она убрала с верхней полки свои вещи и сказала, чтобы я устраивался наверху, а сама пошла работать дальше.
Тук… тук… тук… стучат колёса. Поезд мчится из Москвы. Ну и ладно, ну и хорошо. Всё идет нормально. Но на душе почему-то неспокойно. Лежу на нервах. Не пойму с чего? Вроде как все по плану. Все обдумано и все идет своим чередом. Никаких проблем возникнуть не должно. Но нервы все равно на пределе. Стараюсь успокоиться. Смотрю на пролетающие за окном станции и полустаночки, деревни и сёла, поля и леса. Через полчаса у меня получилось успокоиться, я закрыл глаза и заснул.
Под вечер проснулся от голоса благодетельницы.
— Эй… Андрюша. Вот тебе, ужин принесла, — сказала она и поставила на столик тарелку с двумя котлетами, гречневой кашей. Хлеб и компот.
— Спасибо вам огромное， Любовь Павловна, — поблагодарил я， слезая вниз. Андрюшей она назвала меня неспроста. Когда поезд тронулся, проводница зашла в купе, и мы познакомились. Она представилась Любовью Павловной. Я представился Андреем Петровым.
В почетной грамоте, что я ей показал, фигурировало именно имя Андрей. Грамота была на имя Андрея Петрова — какого-то борца， выигравшего соревнования по борьбе в 1971 году. Я переделал год под 1977 и все прокатило.
Как всегда, я считал, что предосторожность лишней не бывает, её бывает только недостаточно.
Покушал, сходил в WC и залез опять на полку.
«По всей видимости, организм от гонки последних дней все же устал, вот в сон и клонит. Просто тупо ешь да спи. Во жизнь шикарная…» — зевнув подумал я и через некоторое время уснул.
4 августа. Поезд.
На завтрак меня никто не разбудил. Я посмотрел на будильник， стоящий на столике и увидел, что время 10:00 утра. Ничего себе я поспал. Хотелось есть.
