- А это что за красотка в красном? - отвлек её вопрос сына, рассматривающего старые фотографии через её плечо. - Что, нравится? - хитро усмехнулась она. - Ну, шикарная деваха, - хмыкнул Руслан. - Тощевата, конечно, но ножки зачетные. - Ха-ха-ха! - расхохоталась Лиля, утыкаясь себе в колени. - Ой не могу-у...Держите меня-я-я...Папашкины ножки зачетными признал! М-да, как много нового о родных можно узнать, закопавшись в старый сундук на чердаке.
Калитка привычно скрипнула, открываясь. Паштет - лохматое недоразумение, прибившееся к дому еще в несерьезном щенячьем возрасте - лениво махнул хвостом, тявкнул неразборчиво и зевнул, чистосердечно считая долг перед отчизной выполненным. И даже перевыполненным.
- Всем привет! - поддерживая под дно стопку коробок, молодой человек подошел к дому. - М-да, а в ответ тишина… - пробормотал сердито, смешно морщась и пытаясь без рук поправить сползающие по носу солнцезащитные очки.
Доставив наконец бесценный позвякивающий груз на кухню, он разогнулся, с хрустом потянулся.
- Эй! Есть кто живой в теремочке? Мам? Манюсь? Ванька? Лю-юди-и!
Задумчиво пошкребя подбородок, небритый в силу наступившего благодатного отпуска, Руслан взъерошил темные, чуть вьющиеся волосы и поправил простецкий ободок, удерживающий челку, отросшую до просто ужасающих размеров. Но где он, а где парикмахерская? Да и в джунглях, откуда он с неделю как вернулся, не до подобных изысков было.
- Мам? Ау-у! Ты там где?
- Апчхи! Тьфу, зараза… - где-то наверху зашебуршилось.
- Ма? - он прошел на звук.
- Русь? Руська, ты? - раздался глухой голос откуда-то из глубины дома.
- Сколько раз говорить, я не Руська! Я — Руслан! - он покачал головой, улыбаясь. Это была их любимая тема для спора и шуточных подколов. - Что, забыла уже за долгостью лет, как сынулю назвала?
- Я сказала — Руська, значит — Руська! Мне лучше знать! Апчхи!
Что-то с грохотом упало и покатилось.
- Будь здорова… Мама?
- Да тут я, лезь на чердак! - высунулась лохматая голова из распахнутого люка.
- Оп-па… - присвистнул Руслан. Маман в своем репертуаре. Желтая криво повязанная бандана, старый драный джинсовый комбез, оставшийся, наверное, со школьных времен, растянутая футболка и сигарета в зубах. Привычно покачав головой, он притянул к себе лестницу и полез на верх. - А ты чего тут забыла? Апчхусь! - расчихался он, только сунув голову на чердак.
- Будь здоров!
- Ага, - заботливая мама сунула ему под нос какую-то тряпку. - Апчхусь! - пыльную, как оказалось, тряпку.
- Расти большой!
- Тьфу на тебя… Уй, все глаза в пыли… Убери эту пакость… — заворчал он, уворачиваясь от старинного платка, благополучно почившего до сего дня в недрах бабкиного сундука. - Какого черта тебя в эти дебри потянуло? - Руслан, отчихавшись, осмотрел пыльный чердак. Как-то его и раньше сюда не тянуло, в деревне завсегда можно повеселее места найти. Для него всегда лучшим отдыхом было с фотиком по ближайшим лесам прогуляться. Пока он вертел головой, его мама, невысокая худенькая женщина, по пояс зарылась в здоровенный сундук, оббитый проржавевшими полосами железа. - Решила задницей пыль собрать?
- Глу-упый, это же вековые залежи! - воодушевленно воскликнула она, распрямляясь с добычей — старой мягкой игрушкой-зайчиком, вроде чистой, но жутко пыльной. - Сейчас будем делать раскопки! И ты мне поможешь!
- Ма-ам, да ты это брось, - отшутился парень, сложив руки на верхних перекладинах лестницы. Лезть в царство пыли ему не хотелось. - Я к вам приехал отдохнуть морально, так сказать, и как-то не рассчитывал совершенно участвовать в археологических изысканиях!
- Апчхи!
- Будь здорова.
- Буду. Короче, не бухти, а лезь! Давай-давай! Весь залезай, а не только голова! Не стесняйся, раком, раком, сюда.
- Тьфу, мама, какая вы пошлая! — прыснул он в кулак, все же забираясь целиком на чердак.
- Бестолочь. Вырастила, блин. Давай, помогай! - женщина махнула в сторону кучи каких-то коробок.
- Да ладно-ладно! - он примирительно выставил ладони, сделал бровки. - Я разве против? Я всегда только за!
- Ехидна, а не сына. И в кого такой? - закатила она страдальчески глаза.
- Решила попрактиковаться в риторике? - хохотнул Руслан. В эту игру они могли играть долго, к обоюдному удовольствию.
- Да ну тебя… - махнув на сына-балабола рукой, Лилия Викторовна или для друзей просто Лиля, засучив воображаемые рукава, принялась разбирать кучу старья. - Давай лучше, держи ящик.
- Ого… Ох, тяжелый… - Рус от неожиданности присел, но послушно поставил фанерный ящик на уже очищенный стол. - А что там?
- А фиг его знает! — женщина легкомысленно сморщила носик и пожала плечами. - Просто давно хотела разобрать чердак, комнату тебе сделать, да все руки не доходили.
- Пф, я конечно понимаю, что активные упражнения полезны для лиц старшего возраста, но, боюсь, я не в силах оценить подобной жертвы! - С хохотом увернувшись от острого кулачка, спросил: - Позвольте поинтересоваться: анахуа мне комната?
- «Анахуа» — это новый вид анаши? - с невинным выражением лица переспросила она. Парень прыснул в кулак, сгибаясь пополам.
- Ха-ха-ха. Очень смешно!
- Да ладно тебе! - махнула рукой, прикуривая новую сигарету. - И комната всё равно пригодится. Не нужна тебе — как хочешь. Я, может, наконец-то мастерскую себе сделаю.
- О! - Руслан показал большой палец. - А вот это дельная идея. Правильно, давно пора. Тут светло, хорошо. А то все ковры в зале заляпала.
- И ничего не заляпала. Тоже мне, взял моду меня критиковать. У меня, может, вдохновение высокое было, а ты о таких пустяках печёшься!
- Хех, ну ты и ворчунья!
