- Да, ворчунья! И не подлизывайся, подхалим! Тоже мне, ручки мне тут целует…
- Не бухти! - чмокнув маму в щеку, он заглянул в коробку. - Ого, а это что за хлам?
- Уи-и, какая прелесть! - Лилия захлопала в ладоши, увидев содержимое и принялась доставать старые вещи. - Ты не помнишь? Смотри-смотри! Это вот Манюнькино… А это… Ты в этом в садик ходил. Подумать только, я думала, что отдарила кому-то, так нет, все тут сложено!
- Ты - и подарила? Ха! Да ты же жадина!
- Я?! - сына словил подзатыльник.
- Ай, не дерись!
- А ты не обзывайся! И ничего не жадина! Практичная я. Вот.
- Ладно, практичная моя! - со смешком пошел на попятную парень. - Что с тряпьем будем делать?
- Ну-у… Выкидывать жалко… - женщина задумчиво покусала кончик ноготка, заметила, что тот испачкан, поморщилась, поплевалась.
- Тут коленки дырявые. И пуговиц не хватает… Вон, видишь, даже палец пролазит спокойно. Вентиляция капитальная!
- Бли-ин… Точно… Эх, а может…
- Чего «может»? Чего жмешься? - Руслан деловито раскладывал вещи. - Выкинуть и все дела.
- Может, в церковь отдать? Ну, они же вроде как потом найдут, кому пристроить… А дырочки я зашью. М?
- Ну, как хочешь, - пожал он плечами. - Только получше вещи найди, старье не таскай. Не поверю, что я всё в хлам заносил.
- Да, наверное… - согласилась Лиля. Закончив с первым ящиком, она пошла за следующим. - Ой! Гляди-ка! Ха, это твой танк! Помнишь? И Ванькин трактор! Ну-ка… — пожевав кончик сигареты, пощелкала рычажком. - Зараза, запчасти отваливаются… Тэ-экс… Что это у нас? Вау. Раритет! Цени! - она гордо продемонстрировала находку. - Тетрис! Не работает… Батарейки потекли. Жалко… - повертев в руках, положила в кучу. - Чума-а! А это бабкин примус! Я помню, она его на кухне держала! Прикольная штучка… Интересно, работает? - жикнула зажигалка.
- Твою!!! - взвыл Руслан, подскакивая к матери и выхватывая примус. - Отдай сюда! Блин, мама, ты ничего лучше не придумала, как на чердаке пожароопасные опыты устраивать?
- И в кого ты такой умный, зануда! - она сердито пыхнула дымом сигареты, уперев кулаки в бока.
- Да-аже не зна-а-аю… - он показал ей язык, дурачась. - Уй, не дерись! Ауч, больно же! У меня ухов всего два! Всё, ухожу нафиг.
- И иди, помощничек! — фыркнула Лиля, не спуская кровожадного взгляда с пострадавших ушей и примеряясь к носу.
- И пойду.
- И иди.
- Иду-иду.
- Ага, в добрый путь! - она помахала ручкой, ехидно прищурившись.
- Иду… Ой бля-я!! - парень с размаху споткнулся о незамеченную коробку. - Твою папироску-у-у… Пальчики мои родимые… Откуда эта дура здесь валяется! У-уй…
- Не скачи! Всех мышей распугаешь! - Лиля поспешила погасить сигарету и подхватить его под руку, помогая присесть на колченогий, но ещё крепкий стул.
- Спасительница моя… Распугаешь их, скажешь тоже… - проворчал он, с благодарностью принимая помощь. - Откормили, как поросят! От них уже Вискас шугается… Облез, бедолажка, от страха.
- Он от усердия облез. Всю весну, гаденыш, где-то пропадал, всю шерсть на пузе счесал.
- О-го! Да он у нас передовик производства! - рассмеялся парень.
- Ага. Вот принесут потом соседки плоды кошкиной любви, задолбемся пристраивать.
- Можно подумать, они разберут, кто конкретно их кошек осчастливил.
- Не клевещи на котейку. Он у нас эффектный и приметный мущщина!
- Ага. Эффективный очень…
- Отпустило? Как нога? Лучше? - Лиля погладила сына по голове, растрепала кудри. Глядя на него, она не уставала гадать, чья кровь подарила сыну смуглую кожу и темные волосы. Ведь его отец, как и она, были блондинами. А Руська — вылитый испанец! Конкистадор, не иначе!
- Да нормально… - потянулся парень. - Обо что я так шандарахнулся? - он с любопытством заозирался.
- Кто же тебя знает… Глянем…
Две лохматые головы склонились над злополучной коробкой.
- Ух ты… Это что? Тетрадки какие-то… Книжечки…
- Дубина, не тетрадки! Это же мои лекции! - Лиля выхватила находку из рук сына. - Офигеть!
- Да уж, офигеть! - покивал Рус. - Не знал, что ты такой хомяк запасливый! Уж лекции-то столетние зачем хранить?
- Ну, мало ли, - она пожала плечами. - Может, я думала, что кому-то пригодятся.
- Ага. Мне, например, очень бы пригодились лекции по марксизму-ленинизму.
- Где ты её откопал!? - гневно фыркнула она, забираясь в коробку чуть ли не с головой. - И что ты себе навыдумывал? Я, что, по-твоему, настолько древняя?!! Да эту затейливую кракозябру давным-давно исключили из учебных планов!
- Ладно, уговорила… - добродушно хмыкнул Руслан, щурясь и пытаясь разобрать написанное в тетради. - Курс высшей математики… Пфе, ну и почерк у тебя…
- Не, это не мой… Это Леркин, - деловито возразила Лиля, выхватывая конспект и убирая его в сторону.
- Леркин?
- Ага… Папаши твоего…
- А… Ну да, вы же вместе учились, — вспомнил он материны рассказы.
- Та-ак… - Лиля принялась потрошить коробку, раскладывая вещи по неряшливым кучкам. - Что это у нас… Ха, альбомы… Ластик… каменный уже…
- Дай глянуть, - Руслан потянулся к пыльным альбомам. - Клево. Не убирай в коробку, погоди.
- Да ладно тебе, это же детские маляки! - женщина потянула листы на себя.
