Мальчик пожал плечами. Зои не поняла, согласился ли он с ее высказыванием или опроверг его. В его глазах, которые так напоминали глаза Джека, отражалась озабоченность. Он внимательно смотрел на Зои.
– Вам уже лучше?
Зои успокаивающе кивнула и хотела заверить его, что с ней все в порядке. Но что-то во взгляде подростка сказало ей, что она может говорить ему правду.
– Так себе. – Она криво ухмыльнулась. – Мне было тяжело сюда вернуться.
– Из-за вашего брата?
– Приходится много о нем думать, – кивнула она.
Уильям задумчиво пожевал нижнюю губу.
– Мне тоже приходится много думать о маме, – признался он. – Я по ней скучаю.
– И я скучаю по Крису, – сказала Зои. – Но со временем становится легче.
Уильям резко помотал головой.
– Я не хочу, чтобы становилось легче, – ответил он с упрямством и отчаянием. – Если станет легче, возможно, я ее забуду. А я этого не хочу.
Зои кивнула, потому что слишком хорошо знала эти чувства. Она ощутила угрызения совести в тот день, когда обнаружила, что не все время думает о Крисе. В день, когда мысли о брате чуть глубже ушли в ее подсознание, повседневность снова вернулась в обычное русло. Между тем она осознала, что это нормально, когда скорбишь. Но она все еще очень хорошо помнила, насколько болезненным было это освобождение.
– Ты никогда ее не забудешь, – успокоила она его. Поколебавшись секунду, она все же задала вопрос, который все время вертелся в ее голове: – А как все случилось?
Уильям развернул чашку в руке.
– Ее машина вылетела с трассы и свалилась вниз под откос. Ее вытащили еще живой, но вскоре она умерла в больнице.
На какое-то время оба замолчали, и Зои видела, как меняется лицо мальчика.
– И знаете, что самое плохое? – Он сжал руки в кулаки и прямо-таки выпалил слова: – Ее некоторое время не было, и она возвращалась ко мне. Чтобы забрать меня. Они с папой собирались развестись, и мама должна была забрать меня с собой в Нью-Йорк. Поэтому папа ругался с ней несколько недель. Он хотел, чтобы я остался жить с ним, но я уехал бы с ней. Она ведь моя мама. – В его голосе звучали злые нотки, но затем в нем появилось отчаяние, когда Уильям продолжил: – У меня больше не было возможности сказать ей, как я ее люблю. И что мне ее ужасно не хватает, когда ее нет рядом.
Сердце Зои сжалось.
– Я поссорилась с братом в тот вечер, когда он погиб, говорила ему в лицо ужасные вещи, – призналась она. – Ты даже представить не можешь, как мне хочется повернуть время вспять и сказать вместо этого, что он для меня значит.
Зои не пришлось объяснять, как это больно – навсегда потерять возможность что-то исправить: она видела по глазам Уильяма, что он ее понимает. Поэтому ей не стало неловко, когда на глаза вдруг навернулись слезы.
Она глотнула еще чая и вздохнула.
– А где была твоя мама до аварии? – спросила она, думая, что Уильяму будет приятно немного рассказать о ней.
Но его лицо вдруг сделалось каменным.
– Мне нужно домой, – сказал он и взглянул на наручные часы.
– Хорошо, – с удивлением ответила Зои и хотела провести его к входной двери. Но мальчик уверенно направился к выходу на террасу, через которую и вошел.
– Я побегу через луг, так будет быстрее, – объяснил он и помахал на прощание, после чего исчез.
«Он такой же замкнутый, как Джек, – подумала Зои, глядя мальчику вслед. – Очевидно, он унаследовал привычку отца внезапно прерывать разговор, когда дело касается тем, которые не хочется обсуждать».
Она вздохнула и вернулась в дом, чтобы взять с собой чай и отправиться в гостиную. Но прежде чем она успела опуститься на диван, Зои услышала, что ко входу подъехал автомобиль. Он остановился возле дома, и спустя несколько секунд, когда Зои уже направлялась в прихожую, в дверь постучали.
Зои открыла дверь и уставилась на гостя, словно на привидение.
– Джек!
Тот выглядел серьезным.
– Я могу войти?
Она отступила в сторону, пропуская его, и последовала за гостем в комнату. Он остановился перед большим окном у противоположной стены гостиной, будто не хотел подходить к Зои слишком близко.
– У меня кое-что есть для тебя. – Он протянул ей папку, которую принес с собой.
Зои взяла ее и почувствовала, как сердце забилось чаще, когда стало ясно, о чем идет речь. Она с удивлением взглянула на Джека.
– Это же следственное дело о смерти брата!
– Нет, это копия, – поправил ее Джек. – И не все дело целиком. Лишь показания свидетелей и письменные документы расследования. Фотографий здесь нет.
Зои, все еще изумленная, листала страницы.
– Откуда у тебя это?
– Свояк помог. Я же тебе рассказывал, что он работает в полиции Пендерака. Ты видела его сегодня в участке. Так или иначе, он говорил, что видел тебя там.
Зои вспомнила молодого полицейского, который ее принимал.
– Но я думала, что в полиции не выдают на руки следственные дела.
– А они и не выдают. Мне пришлось долго уговаривать его, что ты только просмотришь показания свидетелей, а потом вернешь дело и никому не скажешь, что видела его. Это касается всего, что ты прочтешь в этих документах. Об этом тебе нельзя говорить. Если узнают, у Гордона будут неприятности.
